Никитенко

(Александр Васильевич) — известный писатель. Происходил из малорусских крепостных графа Шереметева, живших в слободе Алексеевке, Бирючского у., Воронежской губ. Родился в 1804 или 1805 г.; отец его, старший писарь в вотчинной конторе графа Шереметева, был, по образованно, выше своей среды, и подвергался всякого рода гонениям; условия детства Н. были неблагоприятны для его воспитания. Первое образование Н. получил в Воронежском уездном училище и дальше пойти не мог, так как доступ в гимназию ему, как крепостному, был закрыт; юноша был так огорчен, что в течение ряда лет лелеял мысль о самоубийстве. В 1822 г. в Острогожске, где Н. перебивался частными уроками, открылось отделение "Библейского Общества", секретарем которого был избран Н. Он выдвинулся речью на торжественном собрании 1824 г., о которой было доложено президенту общества, кн. А. Н. Голицыну — и вскоре, с помощью В. А. Жуковского и др., Н. получил вольную. В 1825 г. он поступил в СПб. университет, едва не погиб, уличенный в "знакомстве" с декабристами, но в 1828 г. благополучно кончил курс кандидатом по историко-философскому факультету. В 1826 г. появилась его первая статья: "О преодолении несчастий" в "Сыне Отечества", за которую Н. был обласкан Гречем и Булгариным и вошел в доверие попечителя учебн. округа, К. М. Бороздина, взявшего его в секретари. По поручению Бороздина, Н. написал примечания к новому цензурному уставу 1828 г. После неудачных попыток занять кафедру естественного права и политической экономии, Н. с 1832 г. стал адъюнктом по кафедре русской словесности, а с 1834 г. — профессором ее. В 1833 г. Н. был назначен цензором и скоро провел 8 дней на гауптвахте за то, что пропустил стихотворение Виктора Гюго ("Enfant, si j'étais roi"), в переводе Деларю. Читал также лекции по русской словесности в Римско-католической духовной академии, редактировал (1839—41) "Сын Отечества". В 1836 году получил степень доктора философии за диссертацию: "О творческой силе в поэзии или поэтическом гении"; в 1853 г. назначен членом Акад. наук. Служа в цензуре, Н. постоянно писал проекты ее уставов, инструкции или примечании к ним, в "мартинистском", по словам Булгарина, т. е. сравнительно либеральном духе. В 1842 г. Н. был подвергнут аресту на одну ночь при гауптвахте за пропуск в "Сыне Отечества" повести Ефибовского: "Гувернантка", насмешливо отозвавшейся о фельдъегерях. С восторгом приветствовал Н. эпоху великих реформ, характеризуя себя "умеренным прогрессистом". В 1859 г. Н. вступил членом в негласный комитет над цензурой и ревностно хлопотал об интересах литературы и о превращении чрезвычайного и временного учреждения в постоянное и регулярное, в виде "главного управления цензуры" при министерстве народного просвещения. Это ему отчасти удалось — но неожиданным ударом для Н. было перечисление "главного управления" в министерство внутренних дел. В конце 50-х годов Н. редактировал "Ж. М. Нар. Просвещения"; был членом, а потом (1857) председателем театрального комитета. Ум. 21 июля 1877 г. Как критик и историк литературы, Н. большого значения не имел. Более известны его "Речь о критике" (СПб., 1842) и "Опыт истории русс. литературы. Введение" (СПб., 1845), отличающиеся неясностью и расплывчатостью основных определений; по той же причине Н. не мог оказать заметного влияния на своих слушателей. Главная культурно-общественная заслуга Н. определяется деятельностью его в качестве сравнительно очень просвещенного цензора, оказывавшего иногда незримые, но существенные услуги литературе (так в 1861 г. он "отстоял" отдельное издание стихотворений Некрасова), а в особенности — ведением замечательного дневника (с 14 лет), изданного уже по смерти автора, под заглавием: "Моя повесть о самом себе и чему свидетель в жизни был" (СПб., 1893). Дневник Н. имеет двоякое значение: богатого культурно-исторического материала, в особенности для истории русской цензуры, и интересного "человеческого документа" для психологии самого автора. С одной стороны, в дневнике, написанном (особенно в первой его части) часто с поразительной энергиею и горечью и с меткими афоризмами во вкусе классических моралистов, Н. рисуется стоиком, создающим себе правила: "мудрость — терпение", "цель жизни — не счастье, а долг" и т. п.; патриотом, негодующим на "Бенкендорфскую литературную управу" и восклицающим неоднократно: "Да сохранит Господь Россию"; философом, находящим мрачное утешение в мысли о смерти. С другой стороны, в том же дневники Н. развивает философию приспособляемости и пассивности, выказывает терпение, не имеющее ничего общего с мудростью (Пушкин в 1835 г., в письме к П. А. Плетневу, бранит Н. "лягающимся осленком"), является не "умеренным прогрессистом", но "прогрессивною умеренностью", не античным героем, а просто упрямым малороссом, и прямо проповедует оппортунизм. В результате — глубокое внутреннее недовольство, которым проникнуты две последние части дневника, старческое брюзжанье на всех и все. Биография Н. вполне объясняет все противоречия натуры Н.: крепостное право, из которого он с таким трудом освободился, наложило слишком сильный отпечаток на эту богатую натуру, чтобы она могла развиться вполне нормально.

См. Ч. Ветринский, "Два русских общественных типа" (Никитенко и И. С. Аксаков, "Новое Слово", №№ 7 — 8, 1894); M. A. Протопопов, "Из истории нашей общественности" ("Записки" и "Дневник" Н., "Русская Мысль", №№ 6 — 7, 1893); К. Н. Медведский, "Повесть честного гражданина" (по поводу "Дневника" Н., "Наблюдатель", №№ 3 — 4, 1893).

Вс. Ч.

Александр Васильевич [12(24).3.1804, деревня Ударовка, ныне Воронежской области, — 21.7(2.8).1877, Павловск], русский литературный критик, историк литературы, академик Петербургской АН (1855). Сын крепостного. В 1824 получил вольную (при содействии К. Ф. Рылеева). Окончил философско-юридический факультет Петербургского университета (1828); профессор кафедры русской словесности (1834—64). Был членом Главного управления цензуры (1860—65). В 1847—48 официальный редактор «Современника». Автор статей «О современном направлении русской литературы» (1847), о творчестве В. А. Жуковского, И. А. Крылова и др. Н. — один из предшественников академической школы в литературоведении; его «Опыт истории русской литературы» (1845) — одна из первых попыток периодизации русской литературы, определения её источников и способа изучения. Посмертно опубликованы «Моя повесть о самом себе» и «Дневник» (1888—92; отдельное дополненное изд.: «Записки и дневник», т. 1—3, 1893) — ценные документы по истории русской общественной мысли и литературы 1820—70-х гг.

Соч.: Мысли о реализме в литературе, СПБ, 1872; Дневник. [Вступ. ст. И. Я. Айзенштока], т. 1—3, М., 1955—56.

Лит.: Белинский В. Г., «Речь о критике» А. Никитенко, Полн. собр. соч., т. 6, М., 1955; его же, Опыт истории русской литературы, там же, т. 9, М., 1955.

Ю. В. Манн.

Никитенко

НИКИТЕНКО Александр Васильевич (1804—1877) — историк русской литературы, цензор, академик. При посредстве К. Ф. Рылеева был освобожден в 1824 от крепостной зависимости; учился в Петербургском университете. Поступив на службу по министерству народного просвещения, Н. зарекомендовал себя в качестве либерального профессора и цензора, благодаря чему из тактических соображений был приглашен редактором в преобразованный Некрасовым и Панаевым «Современник» (1847—1848). Выразитель связанной с бюрократией буржуазии, поддерживавшей николаевский порядок, Н. в годы выступления разночинной демократии (60—70-е гг.) закономерно оказался в консервативном лагере. Отношение его к дворянству было все же довольно неприязненным; в своем «Дневнике» Никитенко отмечал 3 января 1826: «В одном только среднем классе заметны порывы к высшему развитию и рвение к наукам. Таким образом по мере того, как наше дворянство, утопая в невежестве, мало-по-малу приходит в упадок, средний класс готовится сделаться настоящим государственным сословием». Эти тенденции сохранились у Н. и позднее (ср. запись от 22 января 1842: «Наше высшее сословие не имеет никаких нравственных опор и, естественно, должно падать с развитием образования в среднем и низшем классах»). Никитенко ясно видел гнилость дворянского государства. Его «Дневник», не предназначавшийся для печати, представляет большую ценность как откровенная полувековая летопись бюрократических сфер самодержавного государства.

Н. написано было несколько историко-литературных работ. Отталкиваясь, с одной стороны, от традиционных руководств Кошанского, Ив. Давыдова и др., сводившихся к следованию «правилам пиитики», обязательным для всех времен и народов, и, с другой, — от хронологического биографизма тогдашней «истории литературы» (Греч, Тимаев), Никитенко видел идеал в таком изучении «словесности», которое включало бы и эстетическую оценку произведения «с высоты вечных законов искусства» и вместе с тем давало бы ее «в исторической перспективе» данной литературы. Усвоив шеллингианство в трактовке своего учителя А. И. Галича, опираясь на «Лекции о древней и новой литературе» Фр. Шлегеля (русск. перев. — 1829, 2-е изд. 1835), Н. утверждал (1835), что «поэзия живет в образах, а не понятиях» и развитие ее зависит от «счастливого гения народа» и «известной степени гражданского благоустройства». Направление поэзии данного народа определяется его «национальным характером» и «судьбами и местными отношениями». «Историческое изучение литературы с исключением всеобщих философских начал, — утверждает Н. (1836), — невозможно и было бы пагубно».

Важнейшее произведение Никитенко «Опыт истории русской литературы» (1845) впервые ставило на русской почве методологические проблемы как самостоятельный объект изучения.Библиография:

I. Речь о критике, СПБ, 1842; Опыт истории русской литературы, кн. I. Введение, СПБ, 1845; Три литературно-критических очерка, СПБ, 1868; Моя повесть о самом себе и о том, «чему свидетель в жизни был». Записки и дневник 1826—1877, 3 тт., СПБ, 1893; То же, под заглавием «Записки и дневник», изд. 2-е, дополн., Под редакцией М. К. Лемке, 2 тт., изд. Пирожкова, СПБ, 1904—1905.

II. Протопопов М. А., Из истории нашей общественности, «Русская мысль», 1893, №№ 6—7; Медведский К. Н., Повесть честного гражданина, «Наблюдатель», 1893, №№ 3—4; Ветринский Ч. (Чешихин), Два русских общественных типа (Никитенко и И. С. Аксаков), «Новое слово», 1894, №№ 7—8.

III. Мезиер А. В., Русская словесность с XI по XIX ст. включительно, ч. 2, СПБ, 1902; Словарь членов Общества любителей российской словесности при Московском университете, М., 1911.

Александр Васильевич (12.III.1804 - 21.VII.1877) - историк рус. лит-ры, деятель цензуры. Выходец из крепостных крестьян графа Шереметева. В 1828 окончил Петерб. ун-т. В 1834-64 - проф. кафедры словесности. С 1855 - академик. С 1833 выполнял обязанности цензора. В 1859 - директор делопроизводства К-та по делам печати, в 1860-65 - чл. Гл. управления цензуры. Автор мн. записок по цензурным вопросам. Начал печататься с 1826. Самыми значит. произв. были: "Речь о критике" (1842), "Опыт истории рус. лит-ры" (1845). Однако ученые труды и критич. выступления H. отличались эклектизмом, отсутствием ясной концепции и успехом не пользовались. Н. получил прочную известность как автор ценного мемуарного источника - "Дневника", к-рый вел в течение 51 года (1826-77) ("PC", 1889-92. Отд. изд. - в 1893). Науч. издание "Дневника" в 3 тт. осуществлено в 1955-56.

Лит.: История рус. лит-ры XIX в. Библиографич. указатель, под ред. К. Д. Муратовой, М.-Л., 1962; Ветринский Ч. (Чешихин), Два рус. обществ. типа, "Новое слово", 1894, No 7-8.

И. В. Порох. Саратов.