Знание

самое общее выражение для обозначения теоретической деятельности ума, имеющей притязание на объективную истину (в отличие, например, от мышления или мысли, которые могут быть заведомо фантастичны). Вопрос об условиях, при которых, и об основаниях, по которым результаты нашей умственной деятельности могут иметь объективное значение, или вопрос о достоверности нашего З. породил целую философскую дисциплину, выступившую на первый план в новой философии (см. Учение о познании). Термины З. и познание, относясь в сущности к одному и тому же предмету, различаются некоторым оттенком: первый относится более к объективной стороне и результатам умственного процесса, второй — более к его субъективным условиям. Впрочем, это различие, весьма относительное и нетвердое, редко выдерживается; обыкновенно обоими терминами пользуются как синонимами. Об отношении между З. и мнением см. Платон, между З. и верой — см. Религия.

Вл. С.

I

Зна́ние

проверенный практикой результат познания действительности, верное её отражение в сознании человека. З. противоположно незнанию, т. е. отсутствию проверенной информации о чём-либо. Элементарные З., обусловленные биологическими закономерностями, свойственны и животным, у которых они служат необходимым условием жизнедеятельности организма, реализации его поведенческих актов. З. могут быть житейскими, донаучными, художественными и научными, а последние — эмпирическими и теоретическими. Житейские З., как правило, сводятся к констатации фактов и их описанию, тогда как научные З. поднимаются до уровня объяснения фактов, осмысления их в системе понятий данной науки, включаются в состав теории. Сущность научных З. заключается в понимании действительности в её прошлом, настоящем и будущем, в достоверном обобщении фактов, в том, что за случайным оно находит необходимое, закономерное, за единичным — общее и на этой основе осуществляет предвидение. Мышление человека постоянно движется от незнания к З., от поверхностного к всё более глубокому и всестороннему З. См. ст. Теория познания и литературу при ней.

А. Г. Спиркин.

Зна́ние («Зна́ние»,)

книгоиздательское товарищество в Петербурге в 1898—1913, организованное деятелями Комитета грамотности (К. П. Пятницкий и др.) с культурно-просветительскими целями. Первоначально издательство выпускало преимущественно научно-популярные книги по естествознанию, истории, народному образованию, искусству. В 1900 в «З.» вошёл М. Горький; в конце 1902 он возглавил издательство после его реорганизации. Горький объединил вокруг «З.» писателей-реалистов, отражавших в своих произведениях оппозиционные настроения русского общества. Выпустив за короткое время собрания сочинений М. Горького (9 тт.), А. Серафимовича, А. И. Куприна, В. В. Вересаева, Скитальца (С. Г. Петрова), Н. Д. Телешова, С. А. Найденова и др., «З.» приобрело известность как наиболее прогрессивное издательство, ориентирующееся на широкие демократические круги читателей. В 1904 издательство приступило к выпуску «Сборников товарищества «Знание» (до 1913 вышло 40 книг). В. И. Ленин писал, что Горький стремился в этих сборниках «... концентрировать лучшие силы художественной литературы» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 48, с. 3). Тираж сборников доходил до 65 тыс. экз. Они включали произведения М. Горького, А. П. Чехова, А. И. Куприна, А. Серафимовича, Л. Н. Андреева, И. А. Бунина, В. В. Вересаева и др. Печатались также переводы.

Протест против царизма, капиталистического гнёта, национальной розни, религиозных предрассудков, мещанской морали — всё это в 1905—07 объединяло участников сборников. На фоне критического реализма большинства «знаньевцев» выделялись, с одной стороны, Горький и Серафимович как художники зарождавшегося социалистического реализма, с другой — Андреев и некоторые др., подверженные влияниям декаданса. После Революции 1905—07 это размежевание усилилось. С 1911 основное редактирование сборников «З.» перешло к В. С. Миролюбову.

Наряду с выпуском собраний сочинений молодых литераторов и сборников товариществом «З.» издавалась т. н. «Дешёвая библиотека», в которой печатались небольшие произведения писателей-«знаньевцев». Кроме того, по заданию большевиков Горький осуществлял издание серии социально-политических брошюр, в том числе произведений К. Маркса, Ф. Энгельса, П. Лафарга, А. Бебеля и др. Всего в «Дешёвой библиотеке» вышло более 300 названий (общий тираж около 4 млн. экз.).

В годы реакции, наступившей после Революции 1905—07, многие участники «З.» покинули книгоиздательство и перешли в лагерь, враждебный передовой литературе. Горький, вынужденный в эти годы жить за границей, в 1912 порвал с издательством.

Лит.: Касторский С., М. Горький и поэты-«знаньевцы». в кн.: М. Горький и поэты «Знания», Л., 1958; Бугров Б. С., Драматургия «Знания», в сборнике: Горьковские чтения, [т. 8], М., 1964.

Зна́ние («Зна́ние»)

Всесоюзное общество, в СССР добровольная общественная организация, призванная вести распространение политических и научных знаний, способствовать коммунистическому воспитанию трудящихся. Учреждено в 1947 как Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний, с 1963 — «Знание». Руководящий орган общества — Правление, избираемое на всесоюзных съездах сроком на 4 г. Первым председателем Правления был академик С. И. Вавилов, с 1966 Правление возглавляет академик И. И. Артоболевский.

Всесоюзное общество «З.» объединяет 15 обществ «З.» союзных республик. Организации общества имеются во всех автономных республиках, краях, областях, национальных округах, в городах и районах. В научных учреждениях, учебных заведениях, на предприятиях и т.д. созданы первичные организации общества «З.». На 1 января 1972 общество «З.» насчитывало 2457 тыс. членов, в том числе 1700 академиков и член-корреспондентов АН СССР, АН союзных республик и отраслевых академий, 107 тыс. докторов и кандидатов наук, профессоров и доцентов. В 1972 Всесоюзное общество «З.» награждено орденом Ленина.

Общество организует по всем отраслям знания публичные лекции, научные доклады и конференции, семинары, тематические вечера, устные журналы, народные чтения, творческие отчёты учёных в производственных коллективах, беседы, научные консультации, участвует в пропаганде знаний по радио и телевидению, в создании научных и научно-популярных фильмов. В 1970 членами общества было прочитано 18,5 млн. лекций, на которых присутствовало свыше 950 млн. чел. Большую работу общество ведёт в народных университетах (См. Народные университеты).

Общество располагает в Москве Политехническим музеем (См. Политехнический музей), Центральной политехнической библиотекой (см. Библиотека политехническая), Центральным лекторием (с большим и малым залами), Планетарием, Опытно-экспериментальной фабрикой наглядных пособий и демонстрационной аппаратуры. Общество имеет лектории, планетарии, дома научно-технической пропаганды (в Москве, Ленинграде и Киеве), дома научного атеизма (в Москве, Фрунзе, Ташкенте).

Значительное место в деятельности Всесоюзного общества «З.» занимает печатная пропаганда. Обществу принадлежит издательство «Знание». В Москве обществом выпускаются журналы «Международная жизнь» (на русском, английском и французском языках), «Наука и жизнь», «Знание — сила», «Наука и религия», «Слово лектора» и др., в ряде союзных республик выходят аналогичные издания.

Всесоюзное общество «З.» поддерживает постоянные контакты с аналогичными обществами социалистических стран, с рабочими просветительскими союзами и ассоциациями содействия развитию науки ряда капиталистических стран.

Ежегодно лучшим лекторам, в том числе прогрессивным зарубежным учёным, присуждается медаль имени С. И. Вавилова.

Ю. К. Фишевский.

Зна́ние («Зна́ние»,)

издательство Всесоюзного общества «Знание». Основано в 1951 в Москве. Выпускает научно-популярную литературу по различным отраслям знания — подписные серии «Новое в жизни, науке, технике» (24 серии), «Народный университет» (7 факультетов), серию методических указаний и разработок лекций «В помощь лектору», массовую серию «Прочти, товарищ», международные научно-популярные ежегодники «Наука и человечество» (с 1962), «Будущее науки» (с 1967) и др. В 1971 издательством было выпущено 633 книги и брошюры тиражом 30 млн. 215 тыс. экз.

1. зна́ние;
2. зна́ния;
3. зна́ния;
4. зна́ний;
5. зна́нию;
6. зна́ниям;
7. зна́ние;
8. зна́ния;
9. зна́нием;
10. зна́ниями;
11. зна́нии;
12. зна́ниях.

ЗНА́НИЕ, -я, ср.

1. см. знать 1.

2. Результаты познания, научные сведения. Различные области знания.

3. Совокупность сведений в какой-н. области. Специалист с хорошими знаниями. Со знанием дела.

-я, ср.

1.

Обладание какими-л. сведениями, осведомленность в какой-л. области.

Знание законов развития. Знание жизни. Знание языка.

□

Надо было спасти его [Каренина] даже от мучительного знания того, что эта ужасная женщина находится в одном городе с ним. Л. Толстой, Анна Каренина.

Что Ксана умерла в тюрьме от родов, Рагозин знал еще лет восемь назад и успел свыкнуться с этим неутешным знаньем. Федин, Необыкновенное лето.

2. мн. ч. (зна́ния, -ий).

Сведения, познания в какой-л. области.

Получить в школе прочные знания.

□

— Да, я очень интересуюсь этим [постройкой здания для больницы], — отвечала Анна Свияжскому, выразившему удивление к ее знаниям по архитектуре. Л. Толстой, Анна Каренина.

На практических занятиях я говорил им [студентам] о реальном живом производстве, давая знания, совершенно необходимые заводскому инженеру. М. Павлов, Воспоминания металлурга.

3.

Проверенный практикой результат познания действительности, ее верное отражение в сознании человека.

В теории познания, как и во всех других областях науки, следует рассуждать диалектически, т. е. не предполагать готовым и неизменным наше познание, а разбирать, каким образом из незнания является знание, каким образом неполное, неточное знание становится более полным и более точным. Ленин, Материализм и эмпириокритицизм.

||

Совокупность сведений, составляющих какую-л. науку, ее отрасль.

Наша страна выдвинула славную череду великих и больших ученых во многих областях знания. С. Вавилов, Советская наука на службе Родине.

ЗНА́НИЕ, знания, ср. (книжн.).

1. только ед. Деятельность сознания, имеющая целью постижение действительности, познание (филос.). Теория знания. Логические законы знания.

2. только ед. Результат познавательной деятельности, система приобретенных с ее помощью понятий о действительности (филос.). Область знания.

|| Наука вообще. Знание и техника. Союз знания и труда.

3. только ед. Обладание сведениями о чем-нибудь, состояние знающего что-нибудь человека. Знание сцены. Хорошее знание предмета.

4. только мн. Совокупность сведений, познаний в какой-нибудь области. У него большие знания. Приобрести много знаний. Обладать знаниями. Мне не хватает знаний.

I

см. знания I 1.

II

см. знания II 1.

ЗНАНИЕ - форма существования и систематизации результатов познавательной деятельности человека. Выделяют различные виды знания: обыденное ("здравый смысл"), личностное, неявное и др. Научному знанию присущи логическая обоснованность, доказательность, воспроизводимость познавательных результатов. Знание объективизируется знаковыми средствами языка.

"ЗНАНИЕ" - международная научно-просветительная ассоциация. Преобразована в 1991 из одноименной общественной организации в СССР (с 1963; ранее - Всесоюзное общество по распространению политических и научных знаний, основано в 1947). Объединяет международные, национальные и другие неправительственные организации соответствующего профиля. Местопребывание совета и исполнительного комитета - Москва.

"ЗНАНИЕ" - российское книгоиздательское товарищество, Санкт-Петербург, 1898-1913. С 1902 "Знание" возглавлял Максим Горький, объединивший вокруг издательства демократических писателей. С 1904 выпускались "Сборники товарищества "Знание"" (вышло 40 книг), состоящие из произведений М. Горького, А. И. Куприна, А. С. Серафимовича, И. А. Бунина и др., а также массовые серии политических брошюр.

"ЗНАНИЕ" - издательство, Москва. Основано в 1951. Научно-популярная литература по различным отраслям знания (серии "Новое в жизни, науке, технике", "Народный университет" и др.).

"ЗНАНИЕ" - ежемесячный научный и критико-библиографический журнал демократического направления, 1870-77, Санкт-Петербург. Пропагандировал успехи естествознания и дарвинизм. Закрыт правительством.

ЗНАНИЕ, постижение действительности человеком. Знание объективируется знаковыми средствами языка. Процессы получения, обоснования, проверки и распространения знания изучаются логикой, методологией, теорией познания, науковедением, социологией.

ср. knowledge;
erudition;
мн. attainments, information;
reading (начитанность) углублять свои знания ≈ to extend one's knowledge высокий уровень знаний ≈ high standard of knowledge хорошее знание ≈ (чего-л.) intimate knowledge of со знанием дела ≈ with skill/competence, knowledgeably энциклопедические знания ≈ encyclopaedic knowledge ед. элементарные знания ≈ elements, rudiments (of knowledge) черпать знания ≈ to get knowledge фундаментальные знания ≈ thorough knowledge ед. умножать знания ≈ to increase/enrich one's knowledge тяга к знаниям ≈ thirst/craving for knowledge, hankering after knowledge твердые знания ≈ sound knowledge ед. пробелы в знаниях ≈ gaps in one's knowledge поверхностное знание ≈ superficial knowledge;
smattering запас знаний ≈ fund of knowledge жажда знаний ≈ thirst for knowledge глубокое знание ≈ thorough knowledge проверка знаний ≈ examinationзнани|е - с.
1. тк. ед. knowledge;
~ дела skill;
руководить чем-л. со ~ем дела direct/manage smth. with skill, be* a skilful/capable organizer;
область ~я field of knowledge;

2. мн. knowledge sg.;
обширные ~я extensive knowledge sg.;
обладать ~ями be* well-informed;
приобрести ~я acquire knowledge.

n.knowledge, learning

знание с 1. Wissen n 1; Wissenschaft f c (наука) 2. (знакомство с чем-л.) Kenntnis f a (-ss-) он говорил со знанием дела er sprach mit Sachkenntnis 3. мн. знания Kenntnisse f pl приобрести знания Kenntnisse erwerben* а знание сила Wissen ist Macht

с

1)Wissen n; Wissenschaft f(наука)

2)(знакомство с чем-либо) Kenntnis f (-ss-)

он говорил со знаннем дела — er sprach mit Sachkenntnis

3) мн. ч. знания Kenntnisse f pl

приобрести знания — Kenntnisse erwerben(непр.)

•
•

знание - сила — Wissen ist Macht

с.

1)(наука) science f

различные области знания — différents domaines de la connaissance

2)мн.

знания (совокупность сведений, познаний) — connaissance f; savoir m(ученость); érudition f(эрудиция)

глубокие знания — connaissances profondes(или étendues)

иметь поверхностные знания в чем-либо — n'avoir qu'une idée(или notion) superficielle de qch

с.

1)conocimiento m; ciencia f(наука)

со зна́нием де́ла — con conocimiento de causa

2) мн. зна́ния(совокупность сведений, познаний) conocimientos m pl; nociones f pl; saber m(ученость); erudición f

обши́рные зна́ния — vastos conocimientos

пове́рхностные зна́ния — conocimientos (nociones) superficiales

с.

1)conoscenza f

2)(научные и др. сведения) conoscenze f pl, sapere m; cognizioni f pl книжн.; erudizione f

глубокие знания — profonde conoscenze

специалист с хорошими знаниями — uno specialista di grande conoscenza

3)(наука) sapere m, scienza f, scibile m

тяга к знаниям — sete di sapere

•
•

со знанием дела — con conoscenza di causa

с твоим знанием дела... — con la tua conoscenza / preparazione

Знание

«ЗНАНИЕ» — точнее «Товарищество Знание » — книгоиздательство, основанное в 1898 в Петербурге группой литераторов по инициативе К. П. Пятницкого. В начале своей деятельности «З.» выпускало преимущественно книги общеобразовательного характера, — по истории, этике, искусству, естествознанию, народному образованию и др. С начала 1900 в т-во вступает М. Горький. С его приходом «З.» становится крупнейшим центром лит-ого реализма, том за томом выпуская собрания сочинений М. Горького, Л. Андреева, Скитальца, Ив. Бунина, А. Серафимовича, Е. Чирикова, Н. Телешова, А. Куприна, С. Юшкевича, С. Гусева-Оренбургского, Н. Гарина, С. Найденова, Д. Айзмана, Шолома Аша, С. Кондурушкина, Ив. Шмелева, Е. Милициной, Сургучова и других. Издаются также собрания сочинений или отдельные выдающиеся произведения и иностранных авторов: Байрон, Лонгфелло в переводе Ив. Бунина, Шелли — К. Бальмонта, Эсхил, Софокл и Еврипид — Д. С. Мережковского, Ибсен, Гёте, Леопарди, Красинский, Гауптман, Бьёрнсон, Э. Золя и др. Особую популярность приобрели литературно-художественные сборники т-ва «З.» (с 1904 по 1913 вышло 40 книг). Многие из них расходились в десятках тысяч экземпляров: по тому времени это был колоссальный тираж. Кроме поименованных выше авторов в сборниках участвовали: А. Чехов, В. Вересаев, А. Кипен, Е. Тарасов, Ив. Касаткин, А. Золотарев, В. Винниченко, А. Блок, Вера Фигнер и мн. др. Здесь впервые опубликован ряд крупных произведений — «Человек», «Мать», «Исповедь», «Жизнь ненужного человека», «Лето», «Городок Окуров», «Матвей Кожемякин» М. Горького; «Вишневый сад» А. Чехова; «Жизнь Василия Фивейского», «Красный смех», «К звездам», «Савва», «Иуда Искариот» и др. Леонида Андреева; «На войне» Вересаева; «Человек из ресторана» Ивана Шмелева; «Поединок» Куприна; «Страна отцов» Гусева-Оренбургского и мн. др. Из иностранных авторов печатались: Г. Флобер («Искушение св. Антония»), Кн. Гамсун («Бенони», «Роза» и др.), Э. Верхарн («Зори», «Восстание» и др.), Уот Уитмен, О. Мирбо, Г. Гауптман, А. Теннисон, Рихард Демель и др. Произведения сборников были проникнуты протестом против самодержавного гнета, духом борьбы за освобождение страны. Писатели «З.» отразили в реалистических тонах предреволюционный подъем настроения мелкой буржуазии и интеллигенции, обусловленный массовым пролетарским движением начала 900-х гг. С наступлением реакции голос «З.» продолжал звучать, но уже не находил прежнего отклика в среде мелкой буржуазии, отошедшей от общественности, увлеченной мистикой и декадентством. Отвечая этим новым настроениям, на смену «З.» появляются новые сборники (альманахи «Шиповник» и др.). Немалой заслугой «З.» следует признать также издание дешевых библиотек (художественная литература; по вопросам экономики и марксизма — ряд ценных книг Маркса, Энгельса, Бебеля, Каутского, Ф. Меринга, Ж. Геда, Лафарга, Ольминского, Степанова). В 1919 остатки изданий и все склады т-ва были добровольно переданы Советскому государству.

认识, 知识

ЗНАНИЕ

— результат процесса познания, обычно выраженный в языке или в к.-л. знаковой форме.

Стремление понять, что такое З. и чем оно отличается от др. продуктов человеческого сознания, характерно уже для философов античности, которые поставили и пытались разрешить проблему: чем З. (episteme) отличается от мнения (doxa)? Если кратко резюмировать воззрения Ксенофана, Гераклита, Парменида, Платона и Аристотеля по этому вопросу, то можно сказать, что антич. мыслители относили мнение к чувственно воспринимаемому изменчивому миру, а З. — к умопостигаемому миру вечных сущностей. Мнение может быть истинным или ложным, З. — всегда истинно. Это обусловлено тем, что чувственно воспринимаемые вещи изменчивы и любое утверждение, истинное для них в настоящий момент, через некоторое время может стать ложным. Напр., высказывание «Сократ сидит» в момент его произнесения может быть истинным. Но вот Сократ встал, и это высказывание стало ложным. Мир идей не изменяется, поэтому высказывания об объектах этого мира всегда остаются истинными, напр. высказывание «Человек есть разумное животное» остается истинным, какие бы изменения ни происходили в чувственно воспринимаемом мире и с отдельными конкретными людьми. Т.о., антич. мыслители полагали, что З. всегда остается истинным и может быть получено лишь посредством разума. Некоторые из них вообще склонялись к тому, что З. владеют лишь бессмертные боги, а на долю людей остается лишь ненадежное мнение.

Для философов Средневековья главной проблемой становится проблема разграничения З. и веры и выяснения отношений между ними. З. понималось как то, что можно рационально обосновать, постулаты же веры принимаются без всякого обоснования. В связи с истолкованием взаимоотношения между верой и З. выделились три основные позиции. Представители одной (Августин, Ансельм Кентерберийский) утверждали, что постулаты веры предшествуют З. и служат отправным пунктом при построении рациональных рассуждений («верую, чтобы понимать» — вот их кредо); сторонники второй позиции (П. Абеляр), напротив, настаивали на том, что З. должно предшествовать вере и использоваться для ее обоснования («понимаю, чтобы веровать»); наконец, третья позиция (Тертуллиан, Петр Дамиани) провозглашала несовместимость З. и веры и невозможность рационального обоснования догматов веры («верую, ибо абсурдно»). Т.о., З. может и должно быть рационально обосновано, вера же не нуждается в таком обосновании.

Современная философия, в частности философия 20 в., продолжая старую традицию выделения З. из всей совокупности человеческих убеждений, верований, предрассудков и т.п., ставит вопрос об отличении научного З. от религиозных, филос. идеологических построений и мифов («проблема демаркации»). К отличительным особенностям научного З. в настоящее время относят: непротиворечивость, эмпирическую проверяемость, логическую или эмпирическую обоснованность. Утверждения же и концепции, не обладающие этими характеристиками, остаются вне сферы научного З. Итак, подводя итоги рассмотрения проблемы отличения З. от др. феноменов человеческого сознания в истории философии, можно констатировать: З. есть такой результат познавательной деятельности, который обладает непреходящей истинностью, может быть логически или фактически обоснован и допускает эмпирическую или практическую проверку.

З. принято разделять на обыденное и научное. Обыденное З., опирающееся на здравый смысл и повседневный опыт человека, служит для его ориентации в окружающем мире и организации практической

деятельности. Считается, что это З. не всегда вербализировано и отчасти существует в чувственных образах и наглядных представлениях о вещах и явлениях. Такого рода З. в элементарных формах присуще уже высшим животным. Обыденное З. относится к отдельным предметам и явлениям, оно не проникает в суть вещей, носит обрывочный и фрагментарный характер. З. о глубинной структуре предметов и явлений, об их существенных взаимосвязях дает наука. Научное З. отличается систематичностью и опирается на целенаправленные познавательные процедуры. Оно разделяется на эмпирическое и теоретическое З. Первое является результатом применения эмпирических методов познания (наблюдения и эксперимента) и относится к чувственно воспринимаемым вещам и явлениям. В этом отношении оно близко подходит к обыденному З. Теоретическое З. выражает существенные, закономерные связи изучаемой области явлений и, как правило, относится к идеализированным, абстрактным объектам. Некоторые исследователи (напр., М. Полани) полагают, что в науке — наряду с вербальным — имеется еще и невербальное, т.н. неявное З., представленное навыками, умениями и личным опытом ученого.

Основная проблема, обсуждавшаяся в философии 20 в. в связи с понятием З., — это проблема отношения З., гл.обр. научного, теоретического, к реальности. Представители марксистской философии, пользовавшейся широким влиянием в 20 в., истолковывали З. как адекватное отражение действительности, т.е. считали, что З. дает нам образ, картину окружающего мира. Такая позиция близка к т. зр. «наивного реализма», считающего, что предметы и явления окружающего мира таковы, какими они нам представляются. Но уже со времен открытия «вторичных качеств» стало ясно, что это далеко не так. Поэтому представители марксистской философии попытались раскрыть особый характер отображения мира в сознании человека, показать, что это — не зеркальное, не буквальное отражение. Однако понятие отражения — важнейшее понятие марксистской гносеологии — так и осталось неясным. Трудно сказать, напр., в каком смысле языковое выражение, скажем, предложение «уголь черен», «отражает» черноту угля. Поэтому если истолкование З. как отражения или описания реальности в той или иной мере разделяется многими философами в том случае, когда речь идет об общей картине мира, создаваемой человечеством в ходе его исторического развития, то в применении к отдельным элементам З. — понятиям, законам, теориям — принцип отражения вызывает трудности и споры. В какой-то мере этот принцип разделяют ныне представители «научного реализма» (X. Патнэм), стремящиеся доказать, что понятиям научных теорий соответствуют реальные объекты и взаимосвязи.

С реалистской интерпретацией З. конкурирует инструментализм, сторонники которого считают, что З., гл. обр. теоретическое, не является отображением или описанием реальности, а представляет собой лишь инструмент для установления фактов, их систематизации и предсказания. Инструменталистская концепция возникла еще в 16 в., когда была предпринята попытка истолковать учение Н. Коперника не как описание Солнечной системы, а как удобный математический аппарат для вычисления положений звезд и планет. И каждый раз, когда в науке происходит смена теорий, вызванная отказом от прежних представлений, инструментализм возрождается. В 20 в. в связи с возникновением теории относительности и квантовой механики и крушением картины мира классической физики оживились попытки рассматривать теоретическое З. только как инструмент, а не подлинное описание.

Одна из интересных и недавних попыток истолкования З. принадлежит К. Попперу. Он исходит из невозможности обосновать истинность З. и считает всякое З. принципиально недостоверным. Верно, конечно, что научное З. претендует на описание реальности, но наука не может надежно обосновать этих претензий, поэтому получаемое ею З. остается предположительным и ненадежным. Можно сказать, что такая трактовка З. в определенной мере возвращает нас к античности: истинное З. доступно только богам, люди же вынуждены довольствоваться лишь изменчивым и ненадежным мнением. Во втор. пол. 20 в. именно такое понимание З. получило наиболее широкое признание: З. есть такой результат познания, который претендует на адекватное описание реальности, поэтому может оцениваться как истинное или ложное, которое может быть рационально обосновано, однако при этом все наши оценки и обоснования относительны, поэтому никакое З. не является вполне надежным и достоверным. И до сих пор нет сколько-нибудь признанных ответов на многие интересные и сложные вопросы по поводу понимания З.: можно ли считать З. то, что невыразимо в языке? В каком смысле можно говорить о «ложном З.»? Если З. оказалось ложным, то не равнозначно ли это «незнанию»? Наконец, самый главный вопрос: в какой мере З. обусловлено особенностями познаваемого объекта, а в какой — деятельностью познающего субъекта? (см. МНЕНИЕ ), (см. ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ ), (см. ВЕРА ), (см. ИСТИНА ).

ЗНАНИЕ - селективная (1), упорядоченная (2), определенным способом (методом) полученная (3), в соответствии с какими-либо критериями (нормами) оформленная (4) информация, имеющая социальное значение (5) и признаваемая в качестве именно 3. определенными социальными субъектами и обществом в целом (6). В зависимости от названных критериев 3. может быть разделено на два типа по уровню его функционирования: обыденное 3. повседневной жизни и специализированное 3. (научное, религиозное, философское и т.д.), а также «перекрывающее» границу уровней профес-сональное и практическое 3. различных социальных общностей и групп. Можно также говорить о личностном 3. (и структурах личностного 3., присутствующих в иных модификациях 3., в частности, согласно Полани, - научном). Различают также структуры явного, предъявленного, рационально (или иным образом) оформленного (выражаемого), и неявного (латентного) 3., локализуемого в структурах накопленного социокультурного опыта и подсознании субъектов. Кроме того, в явном, как правило, специализированном, реже профессиональном и в специфическом виде в некоторых случаях - практическом 3. можно выделять «предметное», направленное на объекты, процессы, явления (как на уровне ситуативной данности, так и на уровне глубинных инвариантов), 3. и метазнание (3. о 3. и возможностях работы со 3.). Особые знаниевые практики, проникающие в метазнание, но иногда и в 3. «предметное», презентируют методология (3. о способах, методах, возможностях и целях получения 3., а также о технологиях работы с ним) и рефлексия (философская, методологическая, деятельностная). Внутри философии оформились как самостоятельные дисциплинарные области: эпистемология (»учение о 3.») и гносеология (»учение о познании»), на междисциплинарном научном уровне - науковедение и различные «метрии» (наукометрия, ак-сиометрия, искусствометрия и т.д.), внутри дисциплинарных 3. - социология 3., например, специально «сконструированные» практики и технологии. На особый самостоятельный статус в этом отношении в настоящее время претендует методология, в частности, в лице системо-мыследеятельност-ной методологии (СМД-методология). Как особые виды сейчас стали рассматриваться мистическое 3., «оккультное» 3., «пара» - 3. и т.д. В компаративистских кросскультурных исследованиях (эмпирический уровень); в работах Леви-Брю-ля, Леви-Строса и др. (теоретический уровень); в концепциях Шпенглера, Тойнби, Данилевского, Сенгора и др. (на уровне философской рефлексии) была осмыслена ситуация наличия разных типов 3. и разного «удельного веса» его видов, наличия разных типов технологии работы со 3. и его «упаковки» в тех или иных культурах и в те или иные исторические периоды. Более того, была показана (начиная как минимум с неокантианства) неоднородность того же научного 3., к которому постоянно аппелировала европейская традиция. В частности, было специфицировано социогуманитар-ное 3., в котором также была обнаружена его принципиальная плюралистичность (применительно к социологии эту ситуацию хорошо зафиксировал К. Штомпка в девизе: «Много социологии для одного мира»). Тем самым оказалась дискредитированной (под сомнение в иррационалистически и мистически ориентированных концепциях она ставилась и ранее) претензия европейского Разума на его адекватное выражение прежде всего (или даже единственно) в рационалистически или эмпирически трактуемой науке как «подлинном», «незатемненном» и т.д. 3. «Традиционные» представления о 3. подрываются и социокультурными реалиями «постиндустриального», «информационного» и т.д. общества, превратившего знаниевые и образовательные практики, наряду с экономическими и политическими, в доминирующие, и поменявшими «режим» их производства и функционирования с академически-университетско-институционали-зированного на коммуникативный, а также поставившими вопрос о «техническом», «искусственном» разуме. Тем самым возникла необходимость не только отказа от редукции 3. исключительно к научному и (или) философскому, но и потребность переопределения самого феномена 3. в терминах разных типов «логик» и «рациональностей» с меняющимися реальными доминантами в конкретных исторических и социокультурных ситуациях. К настоящему времени обозначились основные векторы движения в этом направлении. 1) В современных теориях 3. и образовательных (трансляционных) технологиях подвергнут критике принцип предметной фрагментации 3. и его специализации по узким объектным областям. Показательно, что «дробление» 3. ведет в пределе к утрате целостного видения отображаемых в 3. областей и объектов, «неулавливанию» глубинных оснований познавательной активности. Обозначена проблема «границы» допустимой специализации (например, в социологии, коль есть отношение социальных агентов друг к другу или к чему либо, нет принципиального запрета на возможность формирования новых социологических «дисциплин») и компенсирования 3. как по «горизонтали» (с иными специализированными его сегментами), так и по «вертикали» (надстраивание необходимых уровней концептуализации 3.; в социологии, например, известно достаточно много схем уровневой организации 3., в ней же был введен (Мертоном) сам термин «теории среднего ранга (уровня)», наложившие, кроме всего прочего, методологические ограничения на возможность «бесконечного» продуцирования автономных предметных областей 3.). 2) Установлено «стирание» предметной специфики 3. на более высоких концептуальных уровнях его организации, выраженность на них тенденций к интегрированию знаниевых систем (теорий и т.д.) в объемлющее целое, к междисциплинарному синтезу (появление социобиологии или социопсихолингвистики, например) и к комплексированию разнопредметного 3. В рамках последнего предметная спецификация может быть истолкована как возможность смены точек зрения и преобразования одних форм 3. в другие. Сам же предмет 3. может тогда пониматься как видение объекта в свете сложившихся исследовательских установок в завис-мости от массива уже накопленного 3. Кроме того, в научном 3. наработан ряд подходов, позволяющих анализировать внутри их методолого-теоретических установок разные предметные области (семиотический, системный, деятельно-стный, структурно-функциональный и т.д.). 3) Представления о методологической функции 3. и о методологическом значении более концептуализированных уровней 3. по отношению к более низким уровням его организации дополняется (или вытесняется) пониманием методологии как типа вне - и над - предметного 3., формируемого за пределами собственно науки (реже, и философии, если последняя сама при этом не истолковывается как методология). 3. лишается статуса самоценности как конечной цели познания, актуализируются представления о 3. как предпосылке (задаваемое видение) и как средстве (методическо-процедурная компонента) познания. Ставится вопрос о релевантности 3. как продукта проблемным полям и ориентациям действующих субъектов. Содержание 3. непрерывно проблематизиру-ется, критериально 3. нормативизируется и технологизиру-ется. 4) Дискредитируются представления о 3. как продукте, получаемом в режиме открытия (»изобретения»), что абсолютизировало статичность и замкнутость знаниевых систем. Акцентируются предзаданность (»организованность») продуцируемого 3., его динамичность и открытость в другие практики, возможность переинтерпретации. Наряду с фактическим, теоретическим, методологическим как особый тип начинает рассматриваться 3. проблемное, а проблематиза-ция исходных онтологических оснований истолковывается как «привычный режим» работы со 3. (СМД-методология и др.). 5) Иными становятся и представления о способах и механизмах изменения знаниевых систем. Пионерскими в этом отношении явились концепции Куна о парадигмальной организации 3. и различные версии (в том числе и Куна) «научных революций», поставившие под вопрос коммулятив-ную схему «накопления» 3. Важны в этом отношении разработки социологии науки (и наукометрии) о механизмах «запрета на повтор (плагиат)», «приоритетности (первенства)» и «публикации», а также культурологии о механизмах с аналогичными «организующими» изменения функциями в других типах 3. и культурах. В семиотике предложен механизм «сдвига значений»: «новый смысл» в системе 3. понимается как зафиксированный в данном результате сдвиг значения в некоторой группе предшествующих результатов (при этом вероятность признания нового результата тем меньше, чем более инновационно предлагаемое). 6) В социологии культуры, культурологии, педагогике, коммуникативистике и некоторых других дисциплинах разработаны новые способы и технологии трансляции (передачи) 3. При этом 3. истолковывается как сокращенная через обобщение и типизацию для целей трансляции запись видов социально необходимой деятельности (Петров). Проблемой в этом случае является фрагментация наличных массивов 3. в конкретные сегменты деятельности и для конкретных субъектов (индивидов), также как и обратный процесс интегрирования «фрагментов» в целостность. Дополнительная задача - институциональное обеспечение этих процессов. 7) Анализ логико-гносеолого-эпистемо-логических форм 3. дополняется анализом интрасубъективных механизмов обеспечиния присутствия 3. в актуальном опыте (практиках) в мотивационном, операциональном, коммуникационном аспектах. Выявляется зависимость требований к 3. и его параметрам в различных режимах работы с ним (моно-, диа-, полилог; режим «Я-Я», «Я-Он», «Я-Ты» типы отношений и т.д.). Специально в разных вариантах разрабатываются концепции 3. как результата разноорганизован-ных дискурсов. 8) Особый пласт анализов 3. представляют его трактовки как знаковых, текстовых, языковых, категориально-семантических, праксеологических и т.д. организо-ванностей, вписывающие знаниевые системы в «смысловую рамку» культуры. Независимо от теоретико-методологических (парадигмальных и дисциплинарных) ориентации и конкретных задач подобных анализов, речь в них (эксплицитно или имплицитно) идет о конституировании 3. как системы значений или способов кодирования в контекстах форм семан-тизации реальности и в ценностно-символически-смысловых и нормативно-регуляционных системах культуры, образующих ее «язык». При этом под языком культуры может пониматься система отношений, устанавливающая координацию ценностно-символически-смысловых форм для данного типа мышления; это такая система отношений, в которой организуются все смысловые конструкции - восприятия, представления, образы понятия и т.д. Таким образом, 3. анализируется в своих семантических, синтаксических и прагматических модусах. 9) Еще одно направление, проблемати-зирующее сложившиеся представления о 3. и способах работы с ним, - это исследование природы, характера, типов, способов получения 3. в их (не) зависимости от «ментально-стей», организованности мышления, механизмов и форм осоз-нования (неосознания) 3., а также их (не) выраженности и (не) закрепленности в стилях мышления. И «оборачивание» этих зависимостей - влияние сложившихся знаниевых систем, их типов, способов, уровня (не) структурированности 3. на способы организации мышления, характер и механизмы познавательной деятельности в целом. В этом отношении наработаны схемы влияния 3. на «замыкание мышления на себя», т.е. на утверждение собственной самодостаточности. 10) Сформирована исследовательская установка на работу не только со 3., но и с таким концептом, как «незнание». Если в классических подходах незнание трактовалось как «несовершенство» 3., как то, что требует своего перевода в 3., то в ряде современных концепций обнаружение незнания понимается как необходимое познавательное действие, выявляющее области проблем (основа проблематизации), устанавливающее границы возможной работы с имеющимся 3. (уровень притязаний), ориентирующее, направляющее и стимулирующее познание (предпосылка 3., задающая видение), обнаруживающее феномены замыкания мышления на себя и требующее открытия знаниевой системы, ее динамизации. Таким образом, будучи направленным на получение нового 3., незнание всегда описывается в терминах существующего 3., являясь его неотъемлемым дестабилизирующим компонентом. 11) Наконец, принципиальные выводы для понимания 3. следуют из анализов взаимоотношений специализированного (научного) и повседневного (обыденного) уровней 3., проделанного прежде всего феноменологической философией и социологией, и механизмов взаимопонимания между носителями разных знаниевых систем как внутри одной культуры, так и в межкультурных взаимодействиях, всесторонне разрабатываемые в культурной антропологии и этнометодо-логии.

ЗНА́НИЕ,ЗНА́НЬЕ, -я; ср.

1. Обладание достоверными сведениями о чём-л., осведомлённость в какой-л. области. З. людей, жизни. З. языка. З. законов развития. // Владение какими-л. навыками, умение пользоваться чем-л. З. столярного ремесла. Практическое з. термического дела. З. грамоты, языка. Со знанием дела говорить, отвечать и т. п. (будучи хорошо осведомлённым, опытным в чём-л.).

2. только мн.: зна́ния. Совокупность сведений, познаний в какой-л. области. Знания инженера. Получить в школе прочные знания. Знания по архитектуре. Знания в области математики. Совокупность знаний в области животноводства. Специалист с хорошими знаниями.

3. Постижение действительности в отдельных её сторонах и в целом; система сведений о закономерностях развития природы, общества и т. п.; наука. Из незнания является з. Всякое з. - подведение итогов какого-л. исследования. Учёный в какой-л. области знания.

* * *

I

(общество «Знание России»), общественная научно-просветительская организация. Ведёт историю от основанного в 1947 Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний; с 1956 общество «Знание РСФСР»; с 1992 современное название Объединяет организации соответствующего профиля во всех субъектах Российской Федерации. Имеет издательство «Знание», лектории, планетарии, дома научно-технического творчества (в Москве, Санкт-Петербурге и др. городах). Местопребывание правления — Москва.

II

российское книгоиздательское товарищество, Санкт-Петербург, 1898—1913. Основано К. П. Пятницким и др. С 1902 «Знание» возглавлял М. Горький, объединивший вокруг издательства демократических писателей. С 1904 выпускались «Сборники товарищества "Знание"» (вышло 40 книг), состоящие из произведений М. Горького, А. И. Куприна, А. С. Серафимовича, И. А. Бунина и др., а также массовые серии политических брошюр.

III

издательство общества «Знание» России, Москва. Основано в 1951. Научно-популярная литература по различным отраслям знания (серии «Новое в жизни, науке, технике», «Народный университет» и др.).

IV

ежемесячный научный и критико-библиографический журнал демократического направления, 1870—77, Санкт-Петербург. Пропагандировал успехи естествознания и дарвинизм. Закрыт правительством.

ЗНА́НИЕ,ЗНА́НЬЕ, -я; ср.

1. Обладание достоверными сведениями о чём-л., осведомлённость в какой-л. области. З. людей, жизни. З. языка. З. законов развития. // Владение какими-л. навыками, умение пользоваться чем-л. З. столярного ремесла. Практическое з. термического дела. З. грамоты, языка. Со знанием дела говорить, отвечать и т. п. (будучи хорошо осведомлённым, опытным в чём-л.).

2. только мн.: зна́ния. Совокупность сведений, познаний в какой-л. области. Знания инженера. Получить в школе прочные знания. Знания по архитектуре. Знания в области математики. Совокупность знаний в области животноводства. Специалист с хорошими знаниями.

3. Постижение действительности в отдельных её сторонах и в целом; система сведений о закономерностях развития природы, общества и т. п.; наука. Из незнания является з. Всякое з. - подведение итогов какого-л. исследования. Учёный в какой-л. области знания.

* * *

достоверное, истинное представление о чем-либо в отличие от вероятностного мнения. Это противопоставление мнения и знания (греч. докса и эпистеме) было разработано в древнегреческой философии Парменидом, Платоном и др. Согласно Аристотелю, знание может быть либо интуитивным (см. Непосредственное знание), либо дискурсивным, опосредованным умозаключениями и логическими доказательствами. Проблема веры и знания — одна из центральных в средневековой теологии и философии. Введённое схоластикой различение априорного (см. Априори) и опытного (апостериорного) знания получило развитие в гносеологических концепциях нового времени (И. Кант; противостояние эмпиризма и рационализма в объяснении источника знания).

1) проверенный практикой результат познания действительности, верное ее отражение в мышлении человека, обладание опытом и пониманием, которые являются правильными и в субъективном и объективном отношении и на основании которых можно построить суждения и выводы, кажущиеся достаточно надежными, для того чтобы рассматриваться как знание;

2) достоверное, истинное представление о чем-либо в отличие от вероятностного мнения. Такое противопоставление мнения и знания (греч. doxos — докс и episteme — эпистеме) было разработано в древнегреческой философии Парменидом, Платоном и др. Согласно Аристотелю, знание может быть либо интуитивным (непосредственным знанием), либо дискурсивным, опосредованным умозаключениями и логическими доказательствами. В гносеологических концепциях Нового времени получило развитие различение априорного и апостериорного знания, противостояние эмпиризма и рационализма в объяснении источника знания, а также проблема веры и знания, рожденная в теологии и философии средневековья.

I. ПОЯСНЕНИЯ К ПОНЯТИЮ

Евр. яда, переведенное в Септуагинте как гиноскейн, имеет несколько значений: "узнавание", "осведомленность о чем-либо", "познание". От узнавания и восприятия путь ведет к З., а затем к глубочайшему проникновению в суть вещей: к познанию (см. Познание, познавать).

II. БОЖЬЕ "ЗНАНИЕ"

Всемогущий и всеведущий Бог знает о человеке все. Ему известны не только поступки каждого отдельного человека, но и его тайные мысли (Исх 33:12; 3Цар 8:39; Иов 23:10; Пс 1:6; 36:18; 102:14; Ин 2:24). Человеку следует каяться и смиряться (Пс 102:14; 138:1; Ис 1:3; ср. послания ангелам церквей в книге Откровения, начинающиеся словами: "Знаю дела твои", Откр 2:2,9, 13,19; 3:1,8,15), поскольку Господь знает не только о его недостойных поступках, но и о тайном позоре и обличает грех, в к-ром человек не признается. Но вместе с тем З. Богом нашей вины должно вызывать у нас радость и благодарение Ему, т.к. в этом содержится предпосылка нашего очищения (Наум 1:7).

III. ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ "ЗНАНИЕ"

З. о Боге, к-рое Адам вынес из Едемского сада, оказалось утраченным, так как человек отвернулся от Бога. Точно так же и то З. о Боге, к-рое израильтяне получили во время странствования по пустыне, было утеряно ими из-за идолопоклонства (Суд 2:10 и след.; Ис 1:3; Иер 31:32). Но обетованное Богом (Иер 31:34) исполнилось в Иисусе (Евр 8:10 и след.): через см. Откровение, открывать Божье в Иисусе Христе человек смог узнать Бога как Он есть (Ин 14:7-9; 1Тим 3:16). Это З. не стало преимуществ. правом мудрых, оно доступно для всех, и даже прежде всего для тех, кто в глазах мира выглядит немудрым (1Кор 1:26-31), но призван к истинной мудрости (Иер 9:23 и след.).

ЗНАНИЕ

Наши знания есть сумма того, чему мы научились, и того, что мы забыли.

Мария Эбнер-Эшенбах

Знания бывают двоякого рода: либо мы что-нибудь знаем, либо мы знаем, где найти сведения об этом.

Сэмюэл Джонсон

Где мудрость, утраченная нами ради знания? Где знание, утраченное нами ради сведений?

Томас Стернз Элиот

Некоторые вещи недоступны человеческому уму, но мы не знаем какие.

«Закон Джеффи»

Ты никогда не будешь знать достаточно, если не будешь знать больше, чем достаточно.

Уильям Блейк

Кто знает немного, любит повторять это немногое.

Томас Фуллер

Нет ничего нового под солнцем, но есть кое-что старое, чего мы не знаем.

Лоренс Питер

Если бы ты знал то, что знаю я, ты бы не мог знать того, что ты знаешь.

Поль Валери

Я знаю, что я ничего не знаю.

Сократ

Современный Сократ: я знаю, что другие ничего не знают.

Жарко Петан

Чтобы что-то узнать, нужно уже что-то знать.

Станислав Лем

Легче что-то знать, чем знать, откуда ты это знаешь.

Збышко Беднож

Чем больше я знаю, тем больше я знаю лишнего.

Андрей Кучаев

Старайся знать все о чем-нибудь и что-нибудь обо

всем.

Генри Питер Брум

Никто не знает достаточно; слишком много знают слишком многие.

Мария Эбнер-Эшенбах

(см. ИНФОРМАЦИЯ, ИНФОРМИРОВАННОСТЬ), (см. НАУКА), (см. НЕВЕЖЕСТВО)

* Истина * Заблуждение * Глупость * Мудрость * Образование * Ошибка * Путешествие * Ум * Учение *

знання́

- опытное знание

знання́

- опытное знание

- англ. knowledge; нем. Wissen. Результат постижения действительности. Совокупность информации о различных областях реальности; когнитивная основа человеческой деятельности. 3. социально обусловлено; обладает различной степенью достоверности.

- (а) в широком смысле: любого рода информация; (б) в узком - информация, подтвержденная научными средствами.

- англ. knowledge; нем. Wissen. Результат постижения действительности. Совокупность информации о различных областях реальности; когнитивная основа человеческой деятельности. 3. социально обусловлено; обладает различной степенью достоверности.

- селективная (1), упорядоченная (2), определенным способом (методом) полученная (3), в соответствии с какими-либо критериями (нормами) оформленная (4) информация, имеющая социальное значение (5) и признаваемая в качестве именно З. определенными социальными субъектами и обществом в целом (6). В зависимости от названных критериев З. может быть разделено на два типа по уровню его функционирования: обыденное З. повседневной жизни и специализированное З. (научное, религиозное, философское и т.д.), а также "перекрывающее" границу уровней профессиональное и практическое З. различных социальных общностей и групп. Можно также говорить о личностном З. [и структурах личностного З., присутствующих в иных модификациях З., в частности, согласно Полани, научном]. Различают также структуры явного, предъявленного, рационально (или иным образом) оформленного (выражаемого), и неявного (латентного) З., локализуемого в структурах накопленного социокультурного опыта и подсознании субъектов. Кроме того, в явном, как правило, специализированном, реже профессиональном и в специфическом виде в некоторых случаях - практическом З. можно выделять "предметное", направленное на объекты, процессы, явления (как на уровне ситуативной данности, так и на уровне глубинных инвариантов), З. и метазнание (З. о З. и возможностях работы со З.). Особые знаниевые практики, проникающие в метазнание, но иногда и в З. "предметное", презентируют методология (З. о способах, методах, возможностях и целях получения З., а также о технологиях работы с ним) и рефлексия (философская, методологическая, деятельностная). Внутри философии оформились как самостоятельные дисциплинарные области: эпистемология ("учение о З.") и гносеология ("учение о познании"); на междисциплинарном научном уровне - науковедение и различные "метрии" (наукометрия, аксиометрия, искусствометрия и т.д.); внутри дисциплинарных З. - социология З., например, специально "сконструированные" практики и технологии. На особый самостоятельный статус в этом отношении в настоящее время претендует методология, в частности, в лице системо-мыследеятельностной методологии (СМД-методология). Как особые виды сейчас стали рассматриваться мистическое З., "оккультное" З., "пара"-З. и т.д.

В компаративистских кросскультурных исследованиях (эмпирический уровень); в работах Леви-Брюля, Леви-Строса и др. (теоретический уровень); в концепциях Шпенглера, Тойнби, Данилевского, Сенгора и др. (на уровне философской рефлексии) была осмыслена ситуация наличия разных типов З. и разного "удельного веса" его видов, наличия разных типов технологии работы со З. и его "упаковки" в тех или иных культурах и в те или иные исторические периоды. Более того, была показана (начиная как минимум с неокантианства) неоднородность того же научного З., к которому постоянно аппелировала европейская традиция. В частности, было специфицировано социогуманитарное З., в котором также была обнаружена его принципиальная плюралистичность (применительно к социологии эту ситуацию хорошо зафиксировал К. Штомпка в девизе: "Много социологий для одного мира"). Тем самым оказалась дискредитированной (под сомнение в иррационалистически и мистически ориентированных концепциях она ставилась и ранее) претензия европейского Разума на его адекватное выражение прежде всего (или даже единственно) в рационалистически или эмпирически трактуемой науке как "подлинном", "незатемненном" и т.д. З. "Традиционные" представления о З. подрываются и социокультурными реалиями "постиндустриального", "информационного" и т.д. общества, превратившими знаниевые и образовательные практики, наряду с экономическими и политическими, в доминирующие, и поменявшими "режим" их производства и функционирования с академически-университетско-институционализированного на коммуникативный, а также поставившими вопрос о "техническом", "искусственном" разуме. Тем самым возникла необходимость не только отказа от редукции З. исключительно к научному и (или) философскому, но и потребность переопределения самого феномена З. в терминах разных типов "логик" и "рациональностей" с меняющимися реальными доминантами в конкретных исторических и социокультурных ситуациях.

К настоящему времени обозначились основные векторы движения в этом направлении.

1) В современных теориях З. и образовательных (трансляционных) технологиях подвергнут критике принцип предметной фрагментации З. и его специализации по узким объектным областям. Показательно, что "дробление" З. ведет в пределе к утрате целостного видения отображаемых в З. областей и объектов, "неулавливанию" глубинных оснований познавательной активности. Обозначена проблема "границы" допустимой специализации (например, в социологии, коль есть отношение социальных агентов друг к другу или к чему-либо, нет принципиального запрета на возможность формирования новых социологических "дисциплин") и комплексирования З. как по "горизонтали" (с иными специализированными его сегментами), так и по "вертикали" (надстраивание необходимых уровней концептуализации З. В социологии, например, известно достаточно много схем уровневой организации З., в ней же был введен (Мертоном) сам термин "теории среднего ранга (уровня)", наложившие, кроме всего прочего, методологические ограничения на возможность "бесконечного" продуцирования автономных предметных областей З.).

2) Установлено "стирание" предметной специфики З. на более высоких концептуальных уровнях его организации, выраженность на них тенденций к интегрированию знаниевых систем (теорий и т.д.) в объемлющее целое, к междисциплинарному синтезу (появление социобиологии или социопсихолингвистики, например) и к комплексированию разнопредметного З. В рамках последнего предметная спецификация может быть истолкована как возможность смены точек зрения и преобразования одних форм З. в другие. Сам же предмет З. может тогда пониматься как видение объекта в свете сложившихся исследовательских установок в зависимости от массива уже накопленного З. Кроме того, в научном З. наработан ряд подходов, позволяющих анализировать внутри их методолого-теоретических установок разные предметные области (семиотический, системный, деятельностный, структурно-функцио-нальный и т.д.).

3) Представления о методологической функции З. и о методологическом значении более концептуализированных уровней З. по отношению к более низким уровням его организации дополняется (или вытесняется) пониманием методологии как типа вне- и надпредметного З., формируемого за пределами собственно науки (реже, и философии, если последняя сама при этом не истолковывается как методология). З. лишается статуса самоценности как конечной цели познания, актуализируются представления о З. как предпосылке (задаваемое видение) и как средстве (методическо-процедурная компонента) познания. Ставится вопрос о релевантности З. как продукта проблемным полям и ориентациям действующих субъектов. Содержание З. непрерывно проблематизируется, критериально оно нормативизируется и технологизируется.

4) Дискредитируются представления о З. как продукте, получаемом в режиме открытия ("изобретения"), что абсолютизировало статичность и замкнутость знаниевых систем. Акцентируются предзаданность ("организованность") продуцируемого З., его динамичность и открытость в другие практики, возможность переинтерпретации. Наряду с фактическим, теоретическим, методологическим как особый тип начинает рассматриваться З. проблемное, а проблематизация исходных онтологических оснований истолковывается как "привычный режим" работы со З. (СМД-методология и др.).

5) Иными становятся и представления о способах и механизмах изменения знаниевых систем. Пионерскими в этом отношении явились концепции Куна о парадигмальной организации З. и различные версии (в том числе и Куна) "научных революций", поставившие под вопрос коммулятивную схему "накопления" З. Важны в этом отношении разработки социологии науки (и наукометрии) о механизмах "запрета на повтор (плагиат)", "приоритетности (первенства)" и "публикации", а также культурологии о механизмах с аналогичными "организующими" изменения функциями в других типах З. и культурах. В семиотике предложен механизм "сдвига значений": "новый смысл" в системе З. понимается как зафиксированный в данном результате сдвиг значения в некоторой группе предшествующих результатов (при этом вероятность признания нового результата тем меньше, чем более инновационно предлагаемое).

6) В социологии культуры, культурологии, педагогике, коммуникативистике и некоторых других дисциплинах разработаны новые способы и технологии трансляции (передачи) З. При этом З. истолковывается как сокращенная через обобщение и типизацию для целей трансляции запись видов социальнонеобходимой деятельности (Петров). Проблемой в этом случае является фрагментация наличных массивов З. в конкретные сегменты деятельности и для конкретных субъектов (индивидов), также как и обратный процесс интегрирования "фрагментов" в целостность. Дополнительная задача - институциональное обеспечение этих процессов.

7) Анализ логико-гносеолого-эпистемологических форм З. дополняется анализом интрасубъективных механизмов обеспечиния присутствия З. в актуальном опыте (практиках) в мотивационном, операциональном, коммуникационном аспектах. Выявляется зависимость требований к З. и его параметрам в различных режимах работы с ним (моно-, диа-, полилог; "Я-Я", "Я-Он", "Я-Ты" типы отношений и т.д.). Специально в разных вариантах разрабатываются концепции З. как результата разноорганизованных дискурсов.

8) Особый пласт анализов З. представляют его трактовки как знаковых, текстовых, языковых, категориально-семантических, праксеологических и т.д. организованностей, вписывающие знаниевые системы в "смысловую рамку" культуры. Независимо от теоретико-методологических (парадигмальных и дисциплинарных) ориентаций и конкретных задач подобных анализов, речь в них (эксплицитно или имплицитно) идет о конституировании З. как системы значений или способов кодирования в контекстах форм семантизации реальности и в ценностно-символически-смысловых и нормативно-регуляционных системах культуры, образующих ее "язык". При этом под языком культуры может пониматься система отношений, устанавливающая координацию ценностно-символически-смысловых форм для данного типа мышления; это такая система отношений, в которой организуются все смысловые конструкции - восприятия, представления, образы понятия и т.д. Таким образом, З. анализируется в своих семантических, синтаксических и прагматических модусах.

9) Еще одно направление, проблематизирующее сложившиеся представления о З. и способах работы с ним, - это исследование природы, характера, типов, способов получения З. в их (не) зависимости от "ментальностей", организованности мышления, механизмов и форм осознования (неосознания) З., а также их (не) выраженности и (не) закрепленности в стилях мышления. И "оборачивание" этих зависимостей - влияние сложившихся знаниевых систем, их типов, способов, уровня (не) структурированности З. на способы организации мышления, характер и механизмы познавательной деятельности в целом. В этом отношении наработаны схемы влияния З. на "замыкание мышления на себя", т.е. на утверждение собственной самодостаточности.

10) Сформирована исследовательская установка на работу не только со З., но и с таким концептом, как "незнание". Если в классических подходах незнание трактовалось как "несовершенство" З., как то, что требует своего перевода в З., то в ряде современных концепций обнаружение незнания понимается как необходимое познавательное действие, выявляющее области проблем (основа проблематизации), устанавливающее границы возможной работы с имеющимся З. (уровень притязаний), ориентирующее, направляющее и стимулирующее познание (предпосылка З., задающая видение), обнаруживающее феномены замыкания мышления на себя и требующее открытия знаниевой системы, ее динамизации. Таким образом, будучи направленным на получение нового З., незнание всегда описывается в терминах существующего З., являясь его неотъемлемым дестабилизирующим компонентом.

11) Наконец, принципиальные выводы для понимания З. следуют из анализов взаимоотношений специализированного (научного) и повседневного (обыденного) уровней З., проделанных прежде всего феноменологической философией и социологией, и механизмов взаимопонимания между носителями разных знаниевых систем как внутри одной культуры, так и в межкультурных взаимодействиях, всесторонне разрабатываемые в культурной антропологии и этнометодологии. также: Социология знания.

В.Л. Абушенко