Флобер

(Gustave Flaubert) — знаменитый французский романист, глава реалистической школы во Франции; род. в 1821 г., в Руане, умер в 1880 г. Отец его был очень известный врач, заведовавший хирургическим отделением в руанском госпитале; мать была родом из старинной нормандской семьи, и от нее Ф. унаследовал свою внешность плотного коренастого нормандца с крупными чертами лица. Он родился в госпитале и жил там, в квартире отца, до 18 лет. У него с детства было особое влечение к зрелищу болезни и смерти, к сильным и мрачным ощущениям: еще совсем ребенком он тайком перелезал через стену, чтобы рассматривать трупы в зале для вскрытия. Юношей он привлекал симпатии сумасшедших и идиотов и любил наблюдать больных, как бы подготовляясь к занимавшему его впоследствии изучению нравственного уродства людей, "гангрены жизни". Его всегда влекло к таинственному, ужасному и уродливому. В 1840 г. Ф. отправился в Париж изучать право, не чувствуя особого призвания к юридическим наукам; жил в Париже довольно уединенно, избегая общества товарищей и посещая лишь нескольких художников, в том числе скульптора Прадье; у него он познакомился с Виктором Гюго и с писательницей Луизой Коле. Занятия в Париже были прерваны в 1845 г., когда умер отец Ф. и вскоре после того его любимая сестра Каролина. Мать его очень страдала от одиночества, и ради нее Флобер легко решился оставить Париж, который он не любил, и занятия правом, мало его интересовавшие. Он поселился с матерью в Круассе, близ Руана, в своем маленьком живописном поместье, и прожил там до самой смерти, ведя одинокий образ жизни, работая без устали; за всю жизнь он совершил только два продолжительных путешествия — одно по Бретани в 1846 г., другое на Восток в 1849 г., оба раза в сопровождении своего друга Максима дю Кана. От времени до времени он приезжал в Париж. С 1846 г. Ф. предался исключительно литературе, много читал, задумывал свои будущие произведения, делал подготовительные работы, писал о своих планах и мыслях друзьям. К этому же времени относится начало его романа с Луизой Коле. Это была его единственная серьезная привязанность, длившаяся восемь лет, с промежутками, временными разрывами и примирениями. В 1849 г. он объездил Египет, Сирию, Палестину, Грецию; особенно сильное впечатление, как это видно по его собственным описаниям, произвели на него пирамиды и сфинкс. В Круассе он проводил целые дни в работе, в Париже видался с друзьями, Жорж Санд, Жюлем Сандо, Теофилем Готье, Гонкурами, А. Додэ, Э. Золя, бывал на знаменитых "обедах Маньи", где встречался с Тэном, Ренаном, Тургеневым, увлекался беседами о литературе и искусстве и больше всего любил громить буржуазное общество. Первый его роман, "Madame Bovary", появился в "Revue de Paris" в 1856 г. Против Ф. возбужден был процесс за оскорбление этим романом общественной нравственности; после горячих судебных прений он был оправдан. В 1862 г. появился исторический роман Ф. "Salammbo", в 1869 — роман нравов "Education Sentimentale", в 1874 г. — "Tentation de St. Antoine", в 1877 — "Trois contes"; затем Ф. стал усиленно работать над давно задуманным любимым своим произведением, романом "Bouvard et P é cuchet", но не успел закончить его; из предполагаемых двух томов Ф. написал только один, и тот не имеет завершенности других произведений Ф. Конец жизни Ф. был печальный: он страдал тяжелым нервным недугом, был мрачен и раздражителен, порвал отношения с лучшим своим другом, Максимом дю Каном; мать его умерла, материальное положение его ухудшилось, так как значительную часть своего состояния он уступил бедным родственникам. Полного одиночества Ф. не испытал в старости благодаря нежным заботам своей племянницы, м-м Комманвиль, а также дружбе с Жорж Санд; большое утешение доставлял ему также Гюи де Мопассан, сын одной из его подруг детства; Ф. заботился о развитии его молодого таланта и был для него строгим и внимательным учителем. Болезнь и тяжелый литературный труд рано истощили силы Ф., он умер от апоплексического удара. В 1890 г. ему поставлен в Руане памятник работы известного скульптора Шапю. Литература была исключительным интересом Ф.; все остальное, всякие общественные и политические интересы он презирал и клеймил кличкой буржуазности, что для него было синонимом глупости. Жизнь интересовала его только как материал для литературы, как поле для наблюдений; литература имела для него самодовлеющее значение, помимо проповеди каких-либо идей и выяснения смысла жизни. Его миросозерцание сводится к обличению тупости ненавистных ему буржуа без указания положительного идеала. Флобер — реалист по своей прирожденной гениальной наблюдательности, по уменью докапываться до самых скрытых психологических мотивов в поступках людей; сила его реалистического таланта усугубляется его глубоким пессимизмом, доходящим до мизантропии и до странного, болезненного влечения к созерцанию тягостных, уродливых зрелищ. Именно потому, что его раздражала и возмущала тупость людей, он постоянно искал ее проявлений, тщательно запоминал свои наблюдения и с особым наслаждением воссоздавал "гангрену жизни" в своих романах. С его природным реалистическим дарованием связана и его эстетическая теория. Ф. был проповедником безличного, объективного искусства; художник, по его убеждению, должен скрываться за своим произведением, не выдавать своих личных чувств, избегать лиризма, перевоплощаясь каждый раз в личность воссоздаваемых им людей. Эта теория была порождением личного характера Флобера, который отличался скрытностью, замкнутостью и не терпел ничьего вмешательства в тайники своих чувств; он расходился с лучшими друзьями, замечая в них желание влиять на его психологию. Идеал объективного творчества и есть реализм Ф., воссоздающий действительность во всей ее неприглядной правде, анализирующий уродство жизни без осуждения ее во имя отвлеченной святыни, без проповеди высокой морали. Реализм Ф. часто приближается к сатире с той разницей, что сатирик во имя проповедуемой им морали непременно преувеличивает какие-нибудь черты действительности, Ф. же — строгий историк действительности, который никого не осуждает, не делит людей на дурных и добродетельных, а выясняет сложность мотивов, создающих не зло, а скорое бессилие и уродство жизни; в общем, Ф. считает людей не порочными, а глупыми и жалкими. Творчество Ф. не исчерпывается, однако, реализмом. Ф. — реалист на фоне романтизма: его влечение ко всему фантастическому, таинственному, мрачному, его страстное увлечение Востоком, любовь к ярким краскам, к резким контрастам — все это наследие романтизма делает Ф., родоначальника натуралистического романа, прямым преемником Шатобриана. Ф. — романтик без присущего романтикам стремления уйти от действительности в мир фантазии и прекрасных грез. Этим сочетанием романтизма и реализма Ф. соединяет два периода европейской литературы: восприняв многие из существенных черт предшествовавшей ему романтической эпохи, он своим сосредоточенным проникновением в действительность положил начало реалистическому движению второй половины XIX в. Из романов Флобера, немногочисленных, но заключающих в себе каждый неисчерпаемые сокровища наблюдений и обобщений, первое место принадлежит его первому произведению — "М-м Бовари", реалистическому роману нравов. В лице своей героини Флобер представил романтическую натуру в столкновении с действительностью; все падения Эммы Бовари — результат ее мечтательности и праздности. Все, что ее окружает, ничтожно, жизнь полна мелких будничных интересов, и она сама не возвышается духовно над своей средой; в лице ее, как и в остальных типах романа, Ф. воплотил буржуазную мелочность жизни — но Эмма облагорожена исканием более высоких настроений, хотя и сведенных к жалким амурным приключениям. М-м Бовари — в значительной степени сатира на человеческую пошлость вообще и женскую в частности; но вместе с тем в ней сильно подчеркнуто и природное благородство эстетической натуры, для которой вся жизнь — вечное оскорбление ее ожиданий, ее святынь. Она не куртизанка по природе: на границе полного нравственного падения она останавливается и предпочитает смерть. Сила романа — не в его идейном содержании, а в несравненном воссоздании жизни, характеров и типов. Ф. создал в нем целую галерею портретов, тем более художественных, что они изображают людей мелких, незаметных, но имеющих каждый определенную индивидуальность, несмотря на общее им всем ничтожество. Поразительна также бытописательная сторона романа, бытовые картины провинциальной жизни, описания природы, не составляющие отдельных вставок, а органически сливающиеся с жизнью и чувствами действующих лиц. Вслед за "М-м Бовари" появился "Саламбо" — фантастически-исторический роман (вся серия романов Ф. состоит из правильного чередования реалистических и романических произведений), который, несмотря на чрезмерные длинноты и однообразие в описаниях битв, остается классическим произведением французской литературы по совершенству стиля, яркости красок, красоте описаний. После "Саламбо" Ф. вернулся к реализму в "Education Sentimentale" — истории ничтожного, пассивного от природы буржуа, прошедшего "школу сердечного опыта". Герой этого романа — pendant к Эмме Бовари, полное ничтожество, более полное, чем Эмма, потому что он не судит себя, не останавливается на краю пропасти, а живет до конца спокойной растительной жизнью. Систематическое развитие тупости и самодовольной ограниченности мастерски представлено в рамках жизни буржуазии 40-х годов. В. "Искушении св. Антония" Ф. опять увлекся романтическим замыслом и представил искушения ума и фантазии, манящие к действию, к активной жизни. В его св. Антонии есть нечто общее с Фаустом. Конец "Искушения" — католический: св. Антоний сразу, под влиянием благодати, прозревает; иллюзия рассеивается, он остается один в молитвенном экстазе. В картинах "искушения" Ф. по природной своей мизантропии останавливается гораздо более на уродливых и отталкивающих зрелищах жизни, чем на красотах, и вся эта поэма в прозе отмечена глубоким пессимизмом. Последний, незаконченный роман Ф., "Бувар и Пекюше" — реалистический, рисующий глупость буржуа, проходящих "школу интеллектуального опыта". Это как бы резюме всех современных знаний, рассмотренных сквозь призму буржуазной ограниченности. Главное достоинство Ф., помимо никем не превзойденного умения воссоздавать полноту жизни, заключается в его художественном слоге. Для него техника писания имела первостепенное значение; он был мучеником слова, работал до одурения над каждой фразой и достиг того, что каждая страница его романов — классический образец французской прозы. Гонкуры, Золя, Доде — непосредственные ученики Ф. Материалом для ознакомления с психологией Ф., с историей его произведений и с его эстетическими воззрениями служит его объемистая корреспонденция, вышедшая отдельным изданием.

Зин. Венгерова.

Ср. Письма Ф. к Жорж Санд, изд. Ги де Мопассаном (4 изд., П., 1889), и его "Correspondance 1830—80" (4 серии, П., 1887—93); P. Bourget, "Essais de psychologie contemporaine" (ib., 1884); Maxime du Camp, "Souvenirs litt é raires" (т. I, ib., 1882); Commanville, "Souvenir sur Gustave F." (ib., 1895); Tarver, "Gustave F., as seen in his works and correspondence" (Л., 1895); Faguet, "Flaubert" (П., 1899). Переводные и оригинальные статьи о Ф. на русском яз.: Ж. Пелисье, "Литературное движение в XIX ст."; Г. Брандес, "Новые веяния"; Э. Зола, "Ф. как человек и писатель" ("Вестн. Европы", 1880, № 7); Г. Брандес, "Г. Ф." ("Загр. вестник", 1881, № 11; "Русс. мысль", 1882, № 2); П. Бурже, "Очерки современной психологии"; Д. Мережковский, "Ф. в своих письмах" ("Сев. вестник", 1888, № 12); M. Дюкан, "Ф. по воспоминаниям" ("Наблюдатель", 1883, №№ 8—9); К. Арсеньев, "Современный роман в его представителях. V. Густав Ф." ("Вестн. Европы", 1880); В. Бибиков, "Три портрета: Стендаль, Ф., Бодлер" (СПб., 1890). О "Сентим. воспит." — критич. ст. Нелюбова ("Русский вестн.", 1870, № 8); Η. Страхова ("Заря", 1870, № 7). О "Госп. Бовари" — "Отеч. записки" (1859, № 3); Е. Тур, "Нравоописательный роман во Франции" ("Русс. вестник", 1857, № 11). О "Буваре и Пекюше" — К. Арсеньев, "Посмертный роман Ф." ("Вестн. Европы", 1882, № 1). О "Саламбо" — А. Скабичевский ("Рус. богатство", 1889, № 9). Все сочинения Ф. неоднократно переводились на русский язык; "Легенда о Юлиане Милостивом" и легенда "Иродиада" переведены Тургеневым.

(Flaubert)

Гюстав (12.12.1821, Руан, – 8.5.1880, Круассе, близ Руана), французский писатель. Родился в семье врача. Окончив Руанский лицей, поступил на юридический факультет Парижского университета, однако развившаяся в 1844 нервная болезнь вынудила его прервать занятия. Ф. поселился в своём небольшом имении, где прожил почти безвыездно до самой смерти. В Круассе созданы основные художественные произведения Ф., там находится обширная переписка – бесценный источник сведений о философских, эстетических и общественно-политических взглядах писателя. Первые литературные опыты Ф. (повести «Мемуары безумца», 1838, «Ноябрь», 1842) не самостоятельны, написаны в духе традиционного романтизма. Однако уже в них отчётливо выражена антибуржуазная направленность, столь характерная для флоберовского творчества. Отход от романтических представлений обозначился в раннем варианте романа «Воспитание чувств» (1843–45, не опубликован), однако окончательное разочарование в романтических идеалах юности совершилось под влиянием революционных событий во Франции 1848–51.

Чутко прислушиваясь к происходящему, одобряя антибуржуазный пафос народного подъёма, писатель в то же время скептически-презрительно относился к любым политическим программам, заняв позицию принципиального неучастия в общественной жизни. Недоверчивое отношение к революции Ф. сохранил и в дальнейшем, не поняв и не приняв Парижской Коммуны. Эстетические взгляды Ф. нашли выражение в созданной им концепции обособленности и элитарности литературы, которую он в известной степени уподоблял науке. Однако талант художника, зорко и неустанно наблюдавшего жизнь, титаническая литературная работа «до кровавого пота», по его собственному признанию, в рамки его эстетической системы никак не укладывались.

Вышедший в 1857 роман «Госпожа Бовари. Провинциальные нравы» (рус. пер. 1858) – плод 6-летней работы – принадлежит к шедеврам мировой литературы, это поистине энциклопедия французской провинции 19 в. Власти признали книгу «безнравственной» и отдали автора под суд; приговор был оправдательный. Прогрессивная критика тепло встретила роман (Ш. О. Сент-Бёв, Ш. Бодлер). Трагическая развязка романа – самоубийство главной героини Эммы Бовари – заставляла размышлять: кто более аморален – запутавшаяся в супружеских изменах женщина или общество буржуазных обывателей и краснобаев типа аптекаря Омэ, изображенного в лучшей манере жёлчной флоберовской сатиры. Гибель Эммы Бовари обусловлена её тоской по иной жизни, свободной от пустоты и пошлости обывательского прозябания. В 1858 Ф. совершил путешествие в Алжир и Тунис, собирая материалы для романа «Саламбо» (1862, рус. пер. 1863), действие которого происходит в древнем Карфагене в эпоху 1-й Пунической войны (3 в. до н. э.). Продолжение антибуржуазной темы проявилось здесь опосредованно, как тоска по сильным характерам и цельным натурам.

Следующий роман Ф. «Воспитание чувств» (1869, в рус. пер. «Сентиментальное воспитание», 1870) посвящен современным Ф. событиям: Революции 1848, её поражению, установлению диктатуры Наполеона III (1851). Герой романа Фредерик Моро – тоже неудачник и жертва обстоятельств, как и Эмма Бовари, но при всех своих недостатках и слабостях он умеет отстоять свою нравственную независимость перед лицом циничных буржуа. С симпатией изображен революционер Дюссардье.

В 1874 Ф. опубликовал философскую драматическую поэму в прозе «Искушение святого Антония» (рус. пер. 1879). Это своеобразное по жанру произведение, написанное на основе житийной легенды и недвусмысленно берущее под сомнение претензии христианской религии на единственно истинное постижение смысла жизни. Творческий путь Ф. завершают «Три повести» (1877) и роман «Бувар и Пекюше» (незакончен; опубликован 1881). Одна из повестей «Простое сердце» (рус. пер. 1892) – история женщины из народа, служанки Фелиситэ. С большой любовью к героине прослеживает автор её нелёгкую судьбу. Две другие – «Легенда о святом Юлиане Странноприимце» (в рус. пер. «Католическая легенда о Юлиане Милостивом», 1877) и «Иродиада» (рус. пер. 1877) – вновь переносят в далёкие времена античности и средневековья.

«Бувар и Пекюше», произведение во многом сатирическое, связано с проблемой, никогда не перестававшей волновать Ф., – человек и его роль в научном познании мира. Твёрдо веря в творческие возможности человека, Ф. считает своим долгом беспощадно высмеивать всякую профанацию подлинного знания. В книге она воплотилась в главных героях с их дилетантскими претензиями на всезнайство, свойственными обывателю-буржуа. В связи с работой над этим романом Ф. составил небольшой по объёму сатирический «Лексикон прописных истин» (опубликован 1910) – своеобразный кодекс ненавистного писателю обывательского «здравого смысла».

Значение Ф. и его влияние на французскую и мировую литературу велико. Продолжатель реалистических традиций О. Бальзака, внимательный читатель рус. литературы (И. С. Тургенев, Л. Н. Толстой), он воспитал плеяду талантливых писателей, некоторых, например Г. Мопассана, непосредственно уча писательскому ремеслу. Великий стилист, он стал образцом творческой добросовестности, преданности своему призванию, горячей любви к слову, родному языку. Сочинения Ф. были хорошо известны в России, о них сочувственно писала рус. критика. Его произведения переводил И. С. Тургенев, связанный с Ф. близкой дружбой; М. П. Мусоргский создал оперу по мотивам «Саламбо». Творчество Ф. анализировали Г. В. Плеханов, А. В. Луначарский, М. Горький. Советское литературоведение изучает наследие Ф. в конкретно-историческом контексте, отмечая выдающуюся роль этого писателя в становлении реализма во французской литературе.

Соч.: Œuvres complètes illustrées, [t. 1–14], P., 1921–25; Œuvres complètes, t. 1–2, P., 1964; Correspondance, [P., 1973]; в рус. пер. – Собр. соч., под ред. А. В, Луначарского и М. Д. Эйхенгольца, т. 1–8, М. – Л., 1933–1938; Собр. соч., т. 1–4. М., 1971.

Лит.: Плеханов Г. В., Литература и эстетика, т. 1–2, М., 1958 (см. Указатель имён, т. 2); Горький М., Собр. соч., т. 1–30, М., 1949–55 (см. Указатель имён и название, т, 30); Луначарский А. В., Флобер. Общая характеристика, Собр. соч., т, 5, М., 1965; Иващенко А. Ф., Гюстав Флобер, М., 1955; Рейзов Б. Г., Творчество Флобера, М., 1955; Пузиков А. И., Идейные и художественные искания Флобера, в его кн.: Пять портретов, М., 1972; Bertrand L., Gustave Flaubert, P., 1912; Proust М., A propos du «style» de Flaubert, в его кн.: Chroniques, P., 1927; Digeon Cl., Flaubert, P., 1970; CullerJ., Flaubert: the uses of uncertainty, lthaca (N. Y.), [1974]; Dumesnil R., Demorest D.-L., Bibliographic de Gustave Flaubert, P., 1937.

С. Е. Высоцкий.

Г. Флобер. «Саламбо». Художник О. Луво-Ривер. 1887.

Г. Флобер.

ФЛОБЕР (Flaubert) Гюстав (1821 - 1880), французский писатель. Блестящий стилист, мастер реалистического письма. В романе "Госпожа Бовари" (1857) и "Воспитание чувств" (1869) показал моральное ничтожество героев из среды провинциальной и парижской буржуазии, дал жесткий анализ чувства; стремление к подлинной и глубокой страсти остается иллюзорным, недоступным для героев Флобера, неспособных противостоять пошлости и жестокости мира. Роман "Саламбо" (1862) - попытка воссоздать экзотическую цивилизацию Древнего Карфагена, с ее мощными страстями и кровавыми языческими культами. Неоконченный роман "Бувар и Пекюше" (опубликован в 1881) - история двух чудаков-самоучек, перерастающая в сатирическую "энциклопедию" современной науки, искусства и религии.

Флобер

ФЛОБЕР Гюстав (1821—1880) — французский писатель, один из классиков буржуазного реализма. Р. в Руане, в семье главного врача городской больницы, являвшегося также землевладельцем. В 1840 сдал экзамен на баккалавра, затем переселился в Париж, чтобы изучать право. В 1843 обнаружилось, что Ф. страдает нервной болезнью, оказавшейся неизлечимой. Он бросил ученье и отправился в путешествие. В 1845 ездил в Италию. В 1849—1850 совершил путешествие на Восток. Возвратившись, поселился в Круассе. В 1879 (за год до смерти) Ф. занял должность хранителя библиотеки Мазарини, являвшуюся в сущности синекурой.

Ф. начал печататься довольно поздно. Ранние опыты его (прозаические отрывки на исторические темы — «Смерть герцога Гиза», «Две руки на короне» и др.) обнаруживают сильнейшее влияние романтиков. Чисто романтической вещью являлась и первая (1849) редакция «Искушения святого Антония» (La tentation de Saint-Antoine). Однако, когда в 1857 появился первый роман Ф. — «Госпожа Бовари» (Madame Bauvary), это произведение заслуженно было признано всей современной и последующей критикой подлинным шедевром реализма. В 1863 вышла «Саламбо» (Salammbo).

В 1869 Ф. выпустил второй роман из современной жизни — «Воспитание чувств» (L’education sentimentale), в 1874 — окончательную редакцию «Искушения святого Антония», в 1877 — сборник новелл «Три рассказа» (Trois contes), куда вошли: «Простое сердце» (Un coeur simple), «Легенда о св. Юлиане Странноприимце» (La legende de Saint-Julien-L’Hospitalier) и «Иродиада» (Herodias). Третий роман Ф. из современной жизни «Бувар и Пекюше» (Bouvard et Pecuchet) не был закончен автором.

Ф. — представитель реализма (притом «разоблачающего», критического по отношению к капиталистической действительности) и Ф. — в то же время реставратор «на новой основе» романтического эстетизма. В этом отношении он соратник Теофиля Готье, чья эстетика «искусства для искусства» совершенно совпадает с теоретическими воззрениями и высказываниями Ф. Политические воззрения писателя отчетливо реакционны, но эта реакционность сочетается с отвращением к какой бы то ни было идеализации буржуазной действительности, идеализации, характерной для буржуазных романистов конца XIX — начала XX вв. (П. Бурже, М. Баррес, П. Адан и др,). Такова столь характерная «двойственность» творческого облика Ф.

Изображая в «Госпоже Бовари» и особенно в «Воспитании чувств» движущие противоречия своей эпохи, Ф. решительно отказывает в своих симпатиях и радикальной мелкой буржуазии и пролетариату. Об этом совершенно ясно говорит та картина революции 1848, к-рая нарисована во втором из указанных романов. Массовые движения в изображении Ф. — разгул черни (народ в королевском дворце после бегства Луи-Филиппа). Если прибавить к этому крайне резкие и типично-буржуазные по духу своему высказывания Ф. о Прудоне и других утопических социалистах и требование «сослать на каторгу всех коммунаров», к-рое Ф. выдвигал в 1871, — картина получится достаточно ясная и определенная.

Однако к «типическому представителю» крупной и мелкой буржуазии Ф. испытывает столь же, если не еще более ярко выраженное, непреодолимое отвращение. Писатель не находит в нем ничего, с чем он позволил бы себе примириться. Фон «Госпожи Бовари» — гнетущая скука и пошлость провинциальной буржуазной жизни. То, что фон дается без гиперболизации, без сгущения красок, с документальной точностью, тщательной детализацией в изображении предметов, лиц, даже физиологических состояний, производит особенно сильное впечатление. Буржуазная активность представлена нелепой и бессмысленной (сельскохозяйственный съезд). Характернейший буржуазный «деятель», аптекарь Омэ — как раз тот персонаж, к к-рому автор особенно жесток: об отрицательных чертах Омэ почти нет речи, отталкивающими оказываются как раз его буржуазные добродетели — добропорядочность, семейственность, общительность, трудолюбие, вера в науку и прогресс, либерализм (пресловутые «принципы 89 года»).

«Воспитание» дает еще более развернутую критику буржуазной активности и буржуазного «характера», буржуазного «классового человека». Предпринимательская и общественная деятельность, политическая борьба — все это возня, бессмысленная, ни к чему не приводящая и по-настоящему никому в сущности не нужна. Герой романа Фредерик Моро пользуется симпатией автора лишь постольку, поскольку он бездеятельный и импульсивный человек «чувства». Отвращение Ф. к представителям своего класса так велико, что он не щадит их, даже противопоставляя ненавистной черни. Разгул буржуазного террора в июньские дни показан даже ярче, чем разгул черни в февральские, причем Ф. руководит отнюдь не жалость к пролетариату. Две фигуры, два персонажа оказались здесь почти символическими, ничего не потеряв в своем реализме: в лице г-на Дамбрез Ф. изобразил трусость буржуазии, в лице провинциального ростовщика Рока, с наслаждением убивающего рабочих, — ее жестокость. Наконец, своеобразная сатира на буржуазную культуру, на научную деятельность «буржуазного человека» была задумана в романе «Бувар и Пекюше». Здесь тоже активность оказывается нелепой и не имеющей значения. Все ценности, к к-рым прикасается буржуа, перестают быть ценностями, теряют свой смысл и самую свою сущность.

Творчество Ф. — следующая за Бальзаком и Стендалем ступень в развитии буржуазного «критического» реализма. Однако напрасно искали бы мы у автора «Госпожи Бовари» тех широких обобщений, того художественного постижения основных законов буржуазного общества и его глубоких противоречий, к-рые характеризуют Бальзака. Ф. в гораздо меньшей степени, чем Бальзак, понимает сущность процессов и явлений, имеющих место в буржуазном обществе. Но он гораздо резче, точнее и детальнее видит их внешнюю сторону. Выделение впечатляющей детали — основной метод Ф. Все это дало возможность ряду французских критиков говорить о натурализме Ф., а самим натуралистам 70-х гг. признавать его своим учителем. Однако метод Флобера по сути своей имеет мало общего с методом Золя и его школы: у Флобера натуралистическая «деталь» подчинена общему, человек, «характер» еще остается ведущим, не становится подробностью картины. От натуралистов Ф. отличается еще тем, что мастером критического реализма он становится в значительной степени из ненависти к реальной действительности как враждебной красоте. Эстетическая мотивировка играет весьма значительную роль в антибуржуазной критике Ф. Вульгарность и пошлость буржуазной «нормы» (будней быта), вульгарность и мелкость буржуазных «страстей» — основное, что инкриминирует своему классу автор «Госпожи Бовари» и «Воспитания чувств». Потому и сюжеты этих вещей основаны на противопоставлении главных героев окружающей их действительности. Эмма Бовари рвется к «прекрасному и необычному» из своего провинциального болота. Правда, ее стремлениям дана психологическая мотивировка в плане буржуазной действительности; читателю не возбраняется рассматривать Эмму как женщину, испорченную неподходящим воспитанием и праздностью, тем более, что и ее представления о красивой жизни — нарочито наивны. Но Эмма оправдана в некоем высшем плане, как хотя и наивный, но все же несомненный протест против буржуазной действительности. Недаром изменяется отношение автора и к господину Бовари, романтически полюбившему жену после ее смерти: господин Бовари сам становится интересным и необычным оттого, что в нем уже не остается ничего от нормального буржуазного человека. Так же дан и Фредерик Моро из «Воспитания чувств». Не то важно, что Фредерик оказался в конце концов промотавшим состояние неудачником, а то, что он был способен отвергнуть буржуазное благополучие (брак с г-жой Дамбрез) ради своей оскорбленной любви.

Эстетизм характеризует самую «технику» Ф.: Флобер своеобразно стилизует действительность, намеренно становится в позу созерцателя людей и вещей «издали», любуется их вещной и плотской сущностью.

Все теоретические высказывания Ф. о литературе и искусстве, разбросанные преимущественно в его письмах, свидетельствуют о том, что этот мастер буржуазного реализма не желал иметь решительно ничего общего с реалистами как представителями определенной школы. Разумеется, это не может влиять на нашу оценку творчества Ф. в целом. Однако его выпады против реализма и натурализма чрезвычайно показательны. Флобером решительно отрицается социально-воспитательная роль искусства, обосновывается право художника (в данном случае для самого Флобера) уходить от действительности в прошлое, в глубь веков.

К произведениям Ф., в к-рых осуществлено это «бегство от действительности» и которые сам он больше всего любил и ценил, относятся «Саламбо», исторический роман из эпохи борьбы Карфагена с Римом, «Искушение святого Антония» — драматическая поэма в прозе (так можно — условно — охарактеризовать это своеобразное по форме произведение) и «Три повести» («Легенда о св. Юлиане Странноприимце», «Иродиада» и даже «Простое сердце»), вещь, в которой момент лирической стилизации преобладает. «Саламбо» представляет собою исключительно интересное сочетание романтического замысла (тема любовного наваждения, экстатической любви вождя наемников-варваров к прекрасной дочери Гамилькара) с реалистическим его воплощением: «карфагенский роман» Флобера стремится быть максимально правдоподобным исторически, археологически, психологически. Метод реализма детали оказывается вполне применимым к трактовке романтической темы. Конечно, в романе существеннее всего пространные описания празднеств, сооружений, одеяний: реализм детали поставлен на службу чистому эстетству. События именно описываются: битвы, происшествия на пиру варваров, заседание сената даны как развернутые описания, ничем принципиально не отличаясь хотя бы от картины храма Танит. Сама любовь Саламбо и Мато оказывается лишь центральной частью декоративного панно: она не выступает из фона, а сливается с ним. Чисто эстетизирующая установка еще более заострена в «Искушении святого Антония». Совершенно очевидно, что вещь была написана не столько ради философски-пантеистического вывода в конце ее, сколько для красочных и сугубо экстраординарных описаний, переходящих в перечень предметов, имен (богов и мудрецов, фигурирующих в этой поэме) и их атрибутов.

Творчество Ф.-эстета оказалось для дальнейшей эволюции французской буржуазной литературы таким же определяющим, как и творчество Ф.-реалиста. Литература конца XIX — начала XX в., отражавшая паразитизм империалистической буржуазии (символизм, эстетство) с ее ставкой на необычность тем и ситуаций, на описательство, на экзотическую, мифологическую и историческую тематику, идет в значительной мере от Ф. Техника «Саламбо» сильнейшим образом повлияла на всю историческую романтику эпохи империализма (и не только, разумеется, французского): Жан Ломбард подражает Ф. в «Византии» и «Агонии», Ибаньес — в «Куртизанке Соннике», даже Маринетти — в своем романе «Футурист-Мафарка». Оскар Уайльд списывает куски «Искушения» и «Иродиады» в знаменитой «Саломее» и в неоконченной драме «La sainte courtisane». Историзму Флобера и его стилизаторству средневековья в «Легенде о св. Юлиане» отдали дань все последующие стилизаторы (даже Анатоль Франс в ряде своих новелл). Его техника описаний повлияла на импрессионистов.

Для нас, конечно, Ф. является в первую очередь мастером реалистического романа и беспощадным критиком современного ему буржуазного общества. Французское буржуазное литературоведение склонно затушевывать критицизм Ф. его артистизмом. Мы, наоборот, подчеркиваем, что критический реализм Флобера составляет одну из ценнейших черт его художественного наследства. Это не значит, что мы можем недооценивать значение «Саламбо» или «Трех повестей». Но для литературы рождающегося социалистического общества Флобер ценен прежде всего как автор «Госпожи Бовари» и «Воспитания чувств».Библиография:

I. Лучшее издание Ф. — Oeuvres completes, ed L. Conard, P., 18 vls, 1909—1912; то же, нов изд, 1921—1928. Есть издания: A Quantin, 8 vls, P, 1885; A Lemerre, 10 vls, P., 1874—1885; Oeuvres completes illustrees, 12 vls, Librairie de France, P., 1921—1925. Издает и переиздает Ф. также Charpentier; Собрание сочинений, 4 тт., изд. Г. Ф. Пантелеева, СПБ, 1896—1898; Полн. собрание сочинений, 5 тт., изд. «Шиповник», СПБ (1913—1915) (вышли тт. 1—4, 8); Собрание сочинений в 10 тт. Под общей ред. А. В. Луначарского и М. Д. Эйхенгольца, Гослитиздат, М. — Л., 1933—1937 (вышли тт. 1—7; лучшее изд., даны новые переводы с рядом вступ. статей и комментариями; т. I. Госпожа Бовари; т. II. Саламбо; т. III. Воспитание чувств; т. IV. Искушение св. Антония; т. V. Три повести; т. VI. Бувар и Пекюше; т. VII. Письма 1830—1854 гг.); Избранные произведения. Редакция, вступительная статья и коммент. А. В. Луначарского и М. Д. Эйхенгольца, Гиз, Москва — Ленинград, 1928; Собрание сочинений, изд. «Красная газета», Ленинград, 1929 (вышли тт. 1, 2 и 4). Кроме того многочисленные издания отдельных произведений Флобера дореволюционных и пореволюционных лет.

II. Литература о Ф. огромна. Наиболее существенное: Sainte-Beuve C. A., Causeries du lundi, t. XIII, P, 1858; Zola e., Les Romanciers naturalistes, P., 1881; Brunetiere F., Le roman naturaliste, P, 1883; Его же, Histoire et litterature, t. II, P., 1885; France A., La vie litteraire, 2-e et 3-e series, P, 1889—1891; Faguet e., Flaubert, P, 1899; Descharmes R., Flaubert, Sa vie, son caractere et ses idees avant 1857 (these). P., 1909; Descharmes R et Dumesnil R, Autour de Flaubert, 2 vls, P, 1912; Ferrere E. L., L’esthetique de G. Flaubert, P., 1913; Martino P., Le roman realiste sous le Second Empire, P., 1913; Lemaitre J., Les contemporains, 8-e serie, P, 1918; Thibaudet A., Gustave Flaubert, P, 1922; Maynial e., La jeunesse de Flaubert, P., 1915; Его же, Flaubert et son milieu, P., 1927; Demorest D. L., L’expression figuree et symbolique dans l’oeuvre de G. Flaubert, P, 1931; Dumesnil R., Gustave Flaubert, P., 1933; (Арсеньев К.), Современный роман в его представителях. Г. Флобер, «Вестник Европы», 1880, VIII; Зола Э., Флобер, как писатель и человек, «Вестник Европы», 1880, VII, и в кн.: Зола Э., Полное собр. соч., т. XLVI — Романисты-натуралисты, Киев, 1904; Красносельский А. И., Из истории стремлений художника (Очерк о Г. Флобере), «Русское богатство», 1897, № 1; Брандес Г., Собр. соч., изд Б. К Фукса, т. XII, Киев, 1903; Плеханов Г. В., Искусство и общественная жизнь, «Современник», 1912, №№ 11 и 12; 1913, № 1 (и в «Сочин.» Плеханова, т. XIV, М., 1925). Из литературы пореволюционного времени, кроме статей при «Собр. соч.» Ф. в изд. Гослитиздата, можно указать: Эйхенгольц М., Поэтика Флобера, вступ. ст. в кн: Флобер Г., «Избранные произведения», М. — Л., 1928; Луначарский А. В., Флобер, там же; Клеман М. К., Г Флобер, в кн.: Французский реалистический роман XIX в., Сб. Под редакцией В. А. Десницкого, Л. — М, 1932; Эйхенгольц М., Работа над переводом «Иродиады» Флобера, «Красная новь», 1935, VII; Фрид Я., Флобер и страдания молодого Моро, «Литературный критик», 1936, кн 5; Э йхенгольц М., Флобер и французский реализм 50-х годов, «Литературная учеба», 1936, № 3.

Флобер

(Flaubert)Флобер (Flaubert) Гюстав (1821 - 1880)

Французский писатель-романист.Афоризмы, цитаты -
• Нет такого осла, который, созерцая себя в реке, не смотрел бы на себя с удовольствием и не находил бы у себя черт коня.
• Если женщина любит хама, то он непременно непризнанный гений, избранная душа и т.п., так что из-за этой своей природной склонности к косоглазию они не видят ни истинного, когда его встречают, ни прекрасного там, где оно есть. Общая их болезнь - требовать от яблони апельсинов.
• Страсть к познанию - вот источник высоких радостей, уготованных для благородных душ.
• Женщины слишком не доверяют мужчинам вообще и слишком доверяют им в частности.
• Человек отрицает природу, сокрушает ее, подавляет даже в своем теле, которого он стыдится и прячет словно преступление.
• Статистика - самая точная из всех неточных наук.
• Есть две разновидности тщеславия: тщеславие общественное и тщеславие частное, зовущееся спокойной совестью, человеческим достоинством, самоуважением, - настолько справедлива истина, что в каждом из нас живут два человека, тот, кто действует, и тот, кто судит.
• Ничто не внушает мне такого презрения к успеху, как мысль о том, какой ценой он достигается.
• Все, что прекрасно, - нравственно.
• Путешествие должно быть серьезным трудом, иначе оно, если только не пьянствовать целыми днями, становится одним из самых горьких и в то же время самых глупых занятий.
• Женщины вдохновляют мужчин на великие подвиги, но не оставляют времени для их исполнения.
• Люди со вкусом - престранная каста: у них есть свои собственные маленькие святые, которых никто не знает.
• Чтобы сохранить совесть чистой, надо поднять ее выше совести всех прочих людей.
• Кто хочет греть свои ноги у солнца, упадет на землю.
• Почести обесчещивают, высокое звание унижает, должность оглупляет.
• Язык похож на надтреснутый котел, по которому мы выстукиваем мелодии, звучащие так, как будто они предназначены для танцев медведя, между тем как мы бы хотели тронуть ими звезды.