Гностицизм

(гностика, гнозис или гносис) — так называется совокупность религиозно-философских (теософских) систем, которые появились в течение двух первых веков нашей эры и в которых основные факты и учение христианства, оторванные от их исторической почвы, разработаны в смысле языческой (как восточной, так и эллинской) мудрости. От сродных явлений религиозно-философского синкретизма, каковы неоплатонизм, герметизм, Г. отличается признанием христианских данных, а от настоящего христианства — языческим пониманием и обработкой этих данных и отрицательным отношением к историческим корням христианства в еврейской религии. В этом последнем отношении Г. стоит в особенно резкой противоположности к иудействующим сектам в христианстве с одной стороны, а с другой стороны — к каббале, которая представляет языческую обработку специфически еврейских религиозных данных [Некоторые писатели, напр. Баур, говорят об "иудейской гнозе" (помимо каббалы), но это более соответствует априорным схемам этих писателей, нежели исторической действительности.].

I. Происхождение Г. Общие условия для возникновения Г., как и других сродных явлений, были созданы тем культурно-политическим смешением различных национальных и религиозных стихий древнего мира, которое начато было персидскими царями, продолжалось македонянами и завершено римлянами. Источник гностических идей в различных языческих религиях, с одной стороны, и учениях греческих философов — с другой, ясно сознавался с самого начала и подробно указан уже автором Φίλοσοφοΰμενα, хотя в частности не все его сближения одинаково основательны. Несомненно, во всяком случае, что те или другие национально-религиозные и философские факторы в различной мере участвовали в образовании тех или других гн. систем, а также то, что в различные комбинации уже существовавших идей привходила, с большей или меньшей силой и оригинальностью, и личная умственная работа со стороны основателей и распространителей этих систем и школ. Разобрать все это в подробностях тем менее возможно, что писания гностиков известны нам только по немногим отрывкам и по чужому, притом полемическому изложению. Это предоставляет большой простор гипотезам, из которых одна заслуживает упоминания. В нынешнем веке некоторые ученые (напр. ориенталист И. И Шмидт) ставили Г. в специальную связь с буддизмом. Достоверно тут только: 1) что со времени походов Александра Македонского Передняя Азия, а через нее и весь греко-римский мир, сделались доступны влияниям из Индии, которая перестала быть для этого мира неведомой страной и 2) что буддизм был последним словом восточной "мудрости" и доныне остается самой живучей и влиятельной из религий Востока. Но с другой стороны исторические и доисторические корни самого буддизма далеко еще не вскрыты наукой. Многие ученые не без основания видят здесь религиозную реакцию со стороны темнокожих доарийских обитателей, а этнологическая связь этих индийских племен с культурными расами, издавна населявшими Нильскую долину, более чем вероятна. Общей племенной почве должен был соответствовать и общий фон религиозных стремлений и идей, на котором в Индии, благодаря воздействию арийского гения, образовалась такая стройная и крепкая система, как буддизм, но который и в других местах оказывался не бесплодным. Так. обр., то, что в Г. приписывается влиянию индийских буддистов, может относиться к более близкому воздействию их африканских родичей, тем более, что высший расцвет Г. произошел именно в Египте. Если внешняя историческая связь Г. специально с буддизмом сомнительна, то содержание этих учений несомненно показывает их разнородность. Помимо различных, чуждых буддизму религиозных элементов, Г. вобрал в себя положительные результаты греческой философии и в этом отношении стоит неизмеримо выше буддизма. Достаточно указать на то, что абсолютному бытию буддизм дает только отрицательное определение Нирваны, тогда как в Г. оно определяется положительно как полнота (плирома). Несомненную связь с Г. имеет другая, ничтожная по своему распространению сравнительно с буддизмом, но во многих отношениях весьма любопытная религия мандейцев, или сабиев (не смешивать с сабеизмом в смысле звездопоклонства), доныне существующая в Месопотамии и имеющая свои священные, древнего происхождения, хотя и дошедшие до нас в более поздней реакции книги. Эта религия возникла незадолго до появления христианства и находится в какой-то невыясненной связи с проповедью св. Иоанна Крестителя; но догматическое содержание мандейских книг, насколько его можно понять, заставляет видеть в этой религии прототип Г. Самое слово манда, от которого она получила название, значит по-халдейски то же, что греческое γνώσις (знание). Подробности о мандейской религии см. Манда, Мандейцы.

II. Основные черты Г. В основе этого религиозного движения лежит кажущееся примирение и воссоединение божества и мира, абсолютного и относительного бытия, бесконечного и конечного. Г. есть кажущееся спасение. Гностическое мировоззрение выгодно отличается от всей дохристианской мудрости присутствием в нем идеи определенного и единого целесообразного мирового процесса; но исход этого процесса во всех гностических системах (см. их изложение под именами главных гностиков) лишен положительного содержания: он сводится, в сущности, к тому, что все остается на своем месте, никто ничего не приобретает. Жизнь мира основана только на хаотическом смешении разнородных элементов (σύγχυσις άρχική), и смысл мирового процесса состоит лишь в разделении (διάκρισις) этих элементов, в возвращении каждого в свою сферу. Мир не спасается; спасается, т. е. возвращается в область божественного, абсолютного бытия, только духовный элемент, присущий некоторым людям (пневматикам), изначала и по природе принадлежащим к высшей сфере. Он возвращается туда из мирового смешения цел и невредим, но без всякой добычи. Ничто из низшего в мире не возвышается, ничто темное не просветляется, плотское и душевное не одухотворяется. У гениальнейшего из гностиков, Валентина, есть зачатки лучшего миросозерцания, но оставшиеся без развития и влияния на общий характер системы. Наиболее трезвый философский ум между ними — Василид — отчетливо выражает и подчеркивает ту мысль, что стремление к возвышению и расширению своего бытия есть лишь причина зла и беспорядка, а цель мирового процесса и истинное благо всех существ состоит в том, чтобы каждое знало исключительно только себя и свою сферу, без всякого помышления и понятия о чем-нибудь высшем.

С этой основной ограниченностью Г. логически связаны и все прочие главные особенности этого учения. Вообще гностические идеи, несмотря на свою фактическую и мифологическую оболочку, по содержанию своему суть плод более аналитической, нежели синтетической работы ума. Гностики разделяют или оставляют разделенным все то, что в христианстве (а отчасти и в неоплатонизме) является единым или соединенным. Так идея единосущной Троицы распадается у гностиков на множество гипостазированных абстракций, которым приписывается неравномерное отношение к абсолютному первоначалу. Далее, все гностические системы отвергают самый корень общения между абсолютным и относительным бытием, отделяя непроходимой пропастью верховное Божество от Творца неба и земли. Этому разделению первоначала мира соответствует и разделение Спасителя. Единого истинного Богочеловека, соединившего в себе всю полноту абсолютного и относительного бытия, Г. не признает: он допускает только Бога, казавшегося человеком, и человека, казавшегося Богом. Это учение о призрачном богочеловеке, или докетизм, так же характерно для гностической христологии, как разделение между верховным Божеством и творцом мира — для Г. теологии. Призрачному спасителю соответствует и призрачное спасение. Мир не только ничего не приобретает, благодаря пришествию Христа, а напротив, теряет, лишаясь того пневматического семени, которое случайно в него попало и после Христова явления извлекается из него. Г. не знает "нового неба и новой земли"; с выделением высшего духовного элемента мир навеки утверждается в своей конечности и отдельности от Божества. С единством Бога и Христа отрицается в Г. и единство человечества. Род людской состоит из трех, по природе безусловно разделенных, классов: материальных людей, погибающих с сатаной — душевных праведников, пребывающих навеки в низменном самодовольстве, под властью слепого и ограниченного Демиурга, — и духовных или гностиков, восходящих в сферу абсолютного бытия. Но и эти от природы привилегированные избранники ничего не выигрывают через дело спасения, ибо они входят в божественную плирому не в полноте своего человеческого существа, с душой и телом, а только в своем пневматическом элементе, который к без того принадлежал к высшей сфере.

Наконец, в области практической неизбежным последствием безусловного разделения между божественным и мирским, духовным и плотским являются два противоположные направления, одинаково оправдываемые Г.: если плоть безусловно чужда духу, то нужно или совсем от нее отрешиться, или же предоставить ей полную волю, так как она ни в каком случае не может повредить недоступному для нее пневматическому элементу. Первое из этих направлений — аскетизм — более прилично для людей душевных, а второе — нравственная распущенность — более подобает совершенным гностикам или людям духовным. Впрочем, этот принцип не всеми сектами проводился с полной последовательностью. Итак, Г. характеризуется непримиримым разделением между Божеством и миром, между образующими началами самого мира, наконец между составными частями в человеке и человечестве. Все идейные и исторические элементы, входящие в христианство, содержатся и в Г., но только в разделенном состоянии, на степени антитез.

III. Классификация гностических учений. Указанный основной характер Г. по степени своего проявления может служить руководством и для естественной классификации гностических систем. Неполнота источников и хронологических данных с одной стороны и значительная роль личной фантазии в умозрении гностиков — с другой, допускают лишь крупные и приблизительные деления. В предлагаемом мной делении логическое основание совпадает с этнологическим. Я различаю три главные группы: 1) существенная для Г. непримиримость между абсолютным и конечным, между Божеством и миром является, сравнительно, в скрытом и смягченном виде. Происхождение мира объясняется неведением или ненамеренным отпадением или отдалением от божественной полноты, но так как результаты этого отпадения увековечиваются в своей конечности, и мир с Богом не воссоединяется, то основной характер Г. остается и здесь во всей силе. Творец неба и земли — Демиург, или Архонт, — является и здесь совершенно отдельным от верховного Божества, но не злым, а только ограниченным существом. Этот первый вид представляется Г. египетским; сюда принадлежат как зачаточная форма Г., в учении Керинфа (современника ап. Иоанна Богослова и "наученного в Египте", по свидетельству св. Иринея), так и самые богатые содержанием, наиболее обработанные и долговечные учения, а именно системы Валентина и Василида — Платона и Аристотеля гностицизма, с их многочисленными и разнообразно разветвленными школами; сюда же должно отнести египетских офитов, оставивших нам памятник своего учения, на коптском языке, в книг: "Пистис София". 2) Гностическое раздвоение выступает с полною резкостью, именно в космогонии: мир признается прямо злонамеренным созданием противобожественных сил. Таков гнозис сиро-халдейский, куда принадлежат азиатские офиты, или нахашены, ператы, сифиане, каиниты, элкесаиты, последователи Юстина (не смешивать со св. Иустином философом и мучеником), затем Сатурнил и Вардесан; связующим звеном между египетским и сиро-халдейским гнозисом могут служить последователи Симона Волхва и Менандра. 3) Гнозис малоазийский, представляемый, главным образом, Кердоном и Маркионом; здесь гностические антитезы выступают не столько в космогонии, сколько в религиозной истории; противоположность — не между злым и добрым творением, а между злым и добрым законом (антиномизм), между ветхозаветным началом формальной правды и евангельской заповедью любви.

IV. Источники и литература: "Πιστις Σοφια", изд. Петерманна; св. Иринея Лионского пять книг против ересей (многократно издавались со времен Эразма Роттердамского; есть русский перевод священника П. А. Преображенского, М., 1871); Ипполита, "΄Έλεγχος κατά παστον αίρέσεων", первое изд. E. Miller (Оксфорд, 1851; англ. перевод в собрании "Antenicene Christian library"); Климента Александрийского, в "Строматах" и в "Έπιτομαί εκ τών Θεοδότου κτλ". — Значение второстепенных источников имеют сочинения против гностиков Тертуллиана, св. Епифания и блаж. Феодорита. Важнейшие сочинения о Г. с конца прошлого века: Münter, "Versuch über die christl. Alterthümer der Gnostiker"; Neander, "Genetische Entwickelung d. gnost. Syst."; Matter, "Histoire critique du Gn."; J. J. Schmidt, "Verwandschaft der gn. Lehre mit den Rlgnssyst. des Or."; Möhler, "Ursprung des Gn."; Baur, "Die christl. Gnosis". Все эти сочинения значительно устарели. Из новейших исследователей Г. следует назвать Hilgenfeld'a и в особенности Harnack'a ("Zur Quellenkritik der Gesch. d. Gn." и др.). На русском языке есть замечательное сочинение прот. А. М. Иванцова-Платонова: "Ереси и расколы первых трех веков", посвященное преимущественно Г., но, к сожалению, остановившееся на первом томе (исследование источников).

Владимир Соловьев.

(от греч. gnostikos — познающий)

общее обозначение ряда позднеантичных религиозных течений, использовавших мотивы восточной мифологии, и ряда раннехристианских еретических учений и сект. Сочинения гностиков уничтожались христианской ортодоксией и дошли до нас главным образом в виде отдельных цитат, приводимых в сочинениях христианских богословов, боровшихся с Г. В 1945—46 в Хенобоскионе в Египте был найден большой архив гностических текстов.

Происхождение Г. и существование независимого от христианства языческого или иудаистского Г. неясны. Внутри христианства гностические тенденции заметны уже в самый ранний его период; наивысшего развития они достигают во 2 в. Помимо влияния восточных религиозных мистерий, для Г. характерно усвоение ряда идей позднеантичной философии, главным образом платонизма и неопифагорейства. В основе Г. лежит представление о падении души в низший, материальный мир, созданный демиургом — низшим божеством. В дуалистической мистике Г. материя рассматривается как греховное и злое начало, враждебное богу и подлежащее преодолению. В мире рассеяны частицы потустороннего света, которые должны быть собраны и возвращены к своим истокам. Искупителем является прежде всего Христос, но его призыву следуют лишь «духовные» люди («пневматики»), тогда как не принявшие гностического посвящения «душевные» люди вместо подлинного «познания» достигают лишь «веры», а «плотские» люди вообще не выходят за пределы чувственной сферы. Для Г. характерно представление о ступенях, или сферах, мира и их демонических властителях, препятствующих искуплению.

Ко 2 в. относится деятельность гностиков Василида (из Сирии) и Валентина (из Египта), а также Карпократа Александрийского, Сатурнина (или Саторнила) из Сирии, Маркиона из Понта и др. Позднейшей формой Г. можно считать персидское Манихейство. Во 2 в. Г. был преодолен христианством, однако скрытая гностическая традиция продолжает существовать вплоть до позднего средневековья. Влияние Г. прослеживается в позднейшей неортодоксальной христианской мистике — у немецких философов Я. Бёме, Ф. Баадера, Ф. В. Шеллинга; несомненны точки соприкосновения Г. с идеями антропософии (См. Антропософия)и теософии (См. Теософия). Отдельные гностические мотивы развивались русской религиозной философией (В. Соловьевым и его последователями), немецким философом Л. Циглером.

Лит.: Энгельс Ф., К истории первоначального христианства, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 22, гл. 2—3; Болотов В. В., Лекции по истории древней церкви, т. 2, СПБ, 1910; Поснов М. Э., Гностицизм и борьба церкви с ним во 2 в., К., 1912; его же, Гностицизм II в. и победа христианской церкви над ним, К., 1917; Quispel G., Gnosis als Weltreligion, Z., 1951; Jonas H., Gnosis und spätantiker Geist, 2 Aufl., Bd 1—2, Gött., 1954; Wilson R. Mc L., The gnostic problem, L., 1958; Grant R. M., Gnosticism and early Christianity, 2 ed., N. Y., 1966; Haardt R., Die Gnosis. Wesen und Zeugnisse, Salzburg, 1967.

А. Ф. Лосев.

1. гностици́зм;
2. гностици́змы;
3. гностици́зма;
4. гностици́змов;
5. гностици́зму;
6. гностици́змам;
7. гностици́зм;
8. гностици́змы;
9. гностици́змом;
10. гностици́змами;
11. гностици́зме;
12. гностици́змах.

-а, м.

Религиозно-философское течение раннего христианства, пытавшееся создать учение о боге, о происхождении и развитии мира на основе христианских религиозных догматов и восточной мифологии.

[От греч. γνωστικός — познавательный]

ГНОСТИЦИ́ЗМ, гностицизма, мн. нет, муж. (от греч. gnostikos - познавательный) (ист. филос.). Направление религиозной философии первых веков христианства, разрабатывавшее христианскую догматику на основе неоплатонизма, пифагорейства и религиозных учений Востока.

м.

Религиозно-философское направление поздней античности, существовавшее в первые века христианства, основанное на гносисе и представляющее собою смесь христианских религиозных догматов с греческой идеалистической философией и восточными религиями.

ГНОСТИЦИЗМ (от греч. gnostikos - знающий) - религиозное дуалистическое учение поздней античности (1-5 вв.), воспринявшее некоторые моменты христианского вероучения (т. н. иудеохристианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм строго эзотеричен; притязал на "истинное" знание о боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства (3 в.). Оказал влияние на средневековые ереси и неортодоксальную мистику Нового времени.

ГНОСТИЦИЗМ (от греческого gnostikos - знающий), религиозное дуалистическое учение поздней античности (1 - 5 вв.), воспринявшее некоторые моменты христианского вероучения (так называемый иудео-христианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм притязал на "истинное" знание о Боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства. Оказал влияние на средневековые ереси и неортодоксальную мистику нового времени.

муж.;
филос. gnosticismм. филос. gnosticism.

м. филос.

gnosticisme m

м. филос.

gnosticismo m

ГНОСТИЦИЗМ (греч. gnosis — познание, знание) — эклектическое религиозно-философское течение поздней античности, выступившее одной из культурных форм связи оформившегося христианства с мифо-философским эллинистическим фоном и вероучениями иудаизма, зороастризма, вавилонских мистериальных культов. Основные источники изучения — гностические сочинения из архива Haг-Хаммади (обнаружены в 1945), а также фрагменты гностиков в трудах христианских критиков и текстах раннехристианских и средневековых ересей. Г. возникает в 1 в. и проходит в своем развитии три этапа: 1) ранний Г., противоречиво сочетающий в себе несистематизированные разнородные элементы античных мифов и библейских сюжетов (например, культ змия у офитов, восходящий, с одной стороны, к архаической мифологеме крылатого змея, олицетворявшего собой единство земли и неба как космогонических прародителей, а с другой — к символу библейского змия, разрушившего райскую гармонию): 2) зрелый Г. 1—2 вв. — классические гностические системы Валентина (Египет) и Василида (Сирия), а также Карпократа Александрийского, Сатурнина Сирийского и Маркиона Понтийского; иногда к Г. относят и так называемый 3) поздний Г. — христианские дуалистические ереси средневековья (павликанство, богомильство, альбигойские ереси катаров и вальденсов). Концепция знания (‘гнозиса’) задает основную проблематику Г., центрирующуюся вокруг вопроса о сущности человека и его духовного предназначения. По формулировке Феодота, роль гнозиса заключается в способности дать ответ на извечные человеческие вопросы: ‘Кто мы? Кем стали? Где мы? Куда заброшены? Куда стремимся? Как освобождаемся? Что такое рождение и что возрождение?’. Однако это ценностно-семантическое ядро гностического учения вытекает из общей космологической проблемы, унаследованной Г. от античной философской классики (см. Античная философия) и — опосредовано — от мифологии, а именно — проблемы бинарной мировой оппозиции, понимаемой как напряженное противостояние и связь материального (земного, материнского) и небесного начал (см. Бинаризм). В космологии мифа их связь понималась как сакральный брак, имеющий креационную семантику (см, Любовь). Эта парадигма созидательного взаимопроникновения космических структур сохранена и в античной философии, хотя решена в совершенно новом смысловом ключе. Так, у Платона единство материального и идеального миров обеспечивается двумя каналами: от мира идей к миру вещей (вектор ‘вниз’) — воплощение, и от мира сотворенного к миру совершенства (‘вверх’) — познание. Первый канал (‘вниз’) фактически является креационным, второй (‘вверх’) оформляется Платоном как узнавание (‘припоминание’) абсолютного образца в совершенном творении (‘любовь к узренной красоте’) и последующее восхождение по лестнице любви и красоты ‘к самому прекрасному вверх’ — вплоть до постижения истины в абсолютной идее совершенства (см. Платон, Эйдос, Красота). В неоплатонизме (см.НЕОПЛАТОНИЗМ) креационный вектор сохраняет свою интегрирующую семантику, что же касается вектора ‘вверх’, то он наполняется новым смыслом: восхождение от земного бренного мира к единосущему возможно на пути экстатической сыновней любви к творцу, разрешающейся в созерцании источника сущего. Запутавшись в тенетах земных соблазнов, ослепшая душа отвращается от Бога (типичная метафора у Плотина: дева ‘ослепляется браком’ и забывает отца, ибо дочерняя любовь — небесная, земная же ‘низменна, подобно блуднице’). Разрыв земного и небесного (в новом понимании) начал практически намечен. В христианской интерпретации бинарная оппозиция космических структур оказалась аксиологически нагруженной и переосмыслена как дуальность ‘дольнего’ и ‘горнего’; накладываясь на традиционную космологическую парадигму, христианство обусловливает интерпретацию соединительной вертикали от Бога к миру уже не как космогенез, и даже не как эманацию Бога в мир, но как творение. Актуальной для христианства оказывается и философская проблематика, касающаяся вектора ‘снизу — вверх’, однако, под воздействием новых мировоззренческих смыслов от платоновской лестницы любви и красоты осталась лишь первая ступень любви к ближнему и последняя — любовь к Творцу: в модели мироздания сохранена идея двух миров, но разрушено связующее их звено. Принцип антикосмического дуализма и выступает основой гностической модели мира: мир есть антипод божий. Переосмысление античной идеи эманации (см.ЭМАНАЦИЯ) первоначала также сдвинуло акценты в сторону антикосмизма: мир остается иерархично организованным, но эманирующие сущности служат не единению, а изоляции Бога и мира. Сущность первоначала, порождающего эманации, посредством познания последних не постигается и остается сокровенной. Количество этих промежуточных звеньев в гностических концепциях, как правило, достаточно велико: от 33 у Валентина до 365 у Василида. Так, в системе Валентина лежит идея абсолютной полноты — Плеромы, проявляющей себя в серии эонов (см.ЭОН). Плерома, в сущности, выступает типологическим аналогом античного апейрона: из нее происходит и в нее возвращается все, способное к становлению. ‘На незримых и несказанных высотах’ (которые удобно было бы описать в терминологии трансцендентализма) пребывает Глубина — совершенный эон первоначала. Непостижимое содержание Глубины конституируется в Молчание (ср. с основоположением мистики: божественное откровение ‘несказанно’, т.е. неинтерсубъективно и невыразимо вербально). ‘Постижение же становится началом всего’, порождая Ум и его объективацию — Истину (типологическая параллель будущего кантианского разрыва ‘вещи-в-себе’ и априорных форм как начала познания — см.КАНТ). Оплодотворяя друг друга, Ум и Истина порождают Смысл и Жизнь, которые, в свою очередь, порождают Человека и Церковь (т.е. общество). Названные четыре пары эонов составляют священную огдоаду. Затем Смысл и Жизнь порождают еще десять эонов (священная декада), а Человек и Церковь — еще двенадцать (священная додекада). Все 30 эонов составляют выраженную полноту бытия — Плерому. Круг, казалось бы, замкнулся. Однако последним из 30 эонов выступает женский эон — София, возгорающийся пламенным желанием непосредственно созерцать Первоотца — Глубину (‘супруга своего желанного’), т.е. постичь истину (ср. мифологическую параллель сакрального брака, неоплатоническую концепцию возврата к отцу на путях познания и сыновней любви). Принципиальная асимптотичность этого порыва повергает Софию в состояние ‘недоумения, печали, страха и изменения’. Последнее чревато возникновением Ахамот, которая есть объективированное желание познания, бесформенное детище неудовлетворенного алкания истины. Кроме того, страстная устремленность Софии задает для нее самой опасную перспективу растворения во всеобщей субстанции, однако безграничная векторность встречает Предел, возвращающий Софию на ее место в структурной иерархии эонов. Интерпретация гностиками Предела носит фактически христианский характер: он понимается как Очиститель (Искупитель) и символизируется фигурой креста; с его искупительной ролью связано появление двух новых эонов — Христа и Духа Святого. Упорядочивание (со встречей мятежной Софией Предела) эонов инспирирует у них вспышку творческого потенциала — в акте откровения и единения эоны порождают особый эон (‘совокупный плод Плеромы’), причастный генетически и содержательно ко всем эонам и потому именуемый Все (гностический тезис ‘все в каждом и каждый во всем’ как семантическая параллель античного преформизма и идеи всеединства в христианстве). Однако гармония неполна, ибо Ахамот, будучи исторгнутой из Плеромы, пребывает во мраке (ср. идентификация мрака и хаоса в античной культуре, символика света в христианстве). Во спасение Христос вкладывает в нее бессознательную идею Плеромы (аналог античных ‘врожденных идей’), дабы избавить ее от безысходности скалярного покоя, дав ей ощутить скорбь разлуки с Плеромой и ‘светлое предощущение вечной жизни’. Этот заданный Христом вектор устремляет Ахамот вслед за Христом в Плерому, но Предел-Крест удерживает ее. Ахамот повергается в состояние ‘смятенной страсти’, сама будучи объективацией страстного порыва Софии к знанию. Таким образом, если первый акт гностико-космологической трагедии был связан с неудовлетворенным желанием Софией истины, то героиней второго ее акта является Ахамот в ее стремлении к выразителю этой истины. Ее неудовлетворенная страсть материализуется в объективный мир: вода есть слезы Ахамот по утраченному Христу, свет — сияние ее улыбки при воспоминании о нем, ее окаменевшая скорбь — твердь земная, etc. A когда в ответ на мольбы Ахамот из Плеромы ей был послан Утешитель (Параклет), то от созерцания его и сопровождающих его ангелов она произвела свое высшее порождение — духовное начало. Именно из этих материального и духовного порождений Ахамот Демиург творит земной мир, противостоящий миру эонов. В этом контексте и оформляется акцентированное в Г. учение о человеке как средоточии мирового процесса: с одной стороны, он сотворен и тварен, а потому укоренен в мире темных сил, с другой же — душа его есть производное от умопостигаемого мира эонов, она надприродна и несет в себе свет божественной полноты Плеромы. Человек причастен всех начал, а потому занимает исключительное положение в мире, имея высшее предначертание. Г. задает трихотомию плотских, душевных и духовных людей, т.е. — соответственно — тех, в ком реализуется только плотское начало (материальное порождение Ахамот); тех, в ком реализуется полученная от Демиурга способность к различению и выбору добра и зла; и наконец тех, в ком реализуется духовное порождение Ахамот, воплощающее ее порыв к истине. Это духовное начало, вложенное в душу духовного человека, и есть гнозис — знание, проявляющееся в устремлении, зовущее к избавлению от уз греховной материальности и указующее путь к спасению. С конституированием христианской ортодоксии (см. Ортодоксия) Г. оттесняется на идеологическую периферию, и в средние века проявляет себя лишь в качестве семантического аспекта ересей. Так, например, концепция катаров (‘чистых’) основывается на принципе радикального дуализма: материя объявляется абсолютным злом, а плотский грех — максимальным из грехов, беременная женщина мыслится как находящаяся на особом попечении дьявола, и именно он творит плоть от плоти и дух от духа в утробе ее. Трактовка в таком аксиологическом контексте феномена непорочного зачатия приобретает рафинированно спекулятивный смысл: Христос (‘слово Божье’) входит в ухо Марии и сходит с уст ее (парафраз текста 44 псалма: ‘Слыши... и приклони ухо твое...’). Вошедший в классический христианский обиход термин ‘апокриф’ исходно был введен для обозначения эзотерических текстов Г. Развитие Г. оказало серьезное влияние на эволюцию альтернативных христианских течений западноевропейской культуры; мандеизм как оформившееся во 2—3 вв. на семитско-вавилонской культовой основе ответвление Г. (арамейское manda — знание) сохранилось в контексте восточной культуры (ныне в Иране) до наших дней. (см. также София, Эон.)

(греч. gnosis - знание), религиозное течение, развивавшееся параллельно христианству. Гностицизм, в его развитых формах, представлял собой сочетание восточных и эллинистических мотивов с христианской интерпретацией истории и предназначения человечества, восходящей к посланиям апостола Павла. Общим для гностических систем является резкий дуализм - противопоставление духа и материи. В основе гностического мифа лежало представление, что мир пребывает во зле и это зло никоим образом не могло быть сотворено Богом. Отсюда следовало, что мир был сотворен либо ограниченной в своем могуществе, либо злой силой, которую гностики именуют Демиургом. Гностический Демиург ничего общего не имеет с Демиургом (Богом-ремесленником) платоновского Тимея, который мыслится безусловно благим и творящим видимый мир в соответствии с божественным образцом. Согласно гностикам, Высший Бог обитает в занебесной области, однако из сострадания к человечеству он направляет к людям своего посланца (или посланцев), чтобы научить их, как освободиться из-под власти Демиурга. Некоторые гностические секты отождествляли Демиурга с Богом еврейской религии и, соответственно, рассматривали евреев как народ, избранный, чтобы воспрепятствовать спасительной деятельности посланцев Высшего Бога. Учения различных гностических сект получили свое отражение в чрезвычайно обширном корпусе сочинений, однако большей частью эти сочинения были уничтожены как еретические. Самыми известными основателями гностических сект были Симон Волхв, Менандр, Сатурнин, Керинф (1 в. н.э.), Василид (ум. ок. 140), Валентин (середина 2 в.) и Маркион (2 в.), у каждого из них была собственная гностическая система. До середины 20 в. гностики были известны лишь по сочинениям отцов церкви, и прежде всего - Иринея Лионского, Тертуллиана, Ипполита и Епифания. Однако сообщаемые ими сведения чаще всего были заимствованы из вторых рук и основаны на чужих свидетельствах, а не на сочинениях самих гностиков. Лишь в 1945 была открыта целая библиотека коптских гностических текстов, которую обнаружили в большом глиняном сосуде, закопанном в поле близ Наг-Хаммади в Египте, примерно в 40 км к югу от Каира; среди них был список известного сочинения Валентина - Евангелия истины. На основе тех сведений, которыми ученые располагают сегодня, можно сделать вывод о том, что гностицизм имел скорее эллинистические, чем иудаистские или иудеохристианские корни. Гностические сочинения полны цитат из раннехристианских сочинений и отголосков той формы христианского вероучения, которая восходит к традиции, связанной с именем апостола Павла, и в которой заметна дуалистическая ориентация или преуменьшается значение плоти и преувеличивается могущество зла (например, 1 Ин 5:19: "Мы знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле"; или Рим 8:3: "в подобии плоти греховной"). Между тем, еврейская Библия решительно отвергает дуалистическое принижение материального мира, и даже некоторые новозаветные тексты указывают на сильную оппозицию гностическому дуализму 1 в. Исследователи, придерживающиеся теории, резко противопоставляющей иудеохристианскую традицию в раннем христианстве эллинистической, считают, что, хотя апостол Павел и не разделял враждебного отношения гностиков к Богу Израиля и Торе как таковой, он привнес в свою версию христианства ряд гностических мотивов. Так, Павел верил, что в нашем земном мире правит зло и что спасение возможно лишь за его пределами. Выражение "власти века сего" (1 Кор 2:8) относится у него не к земным владыкам, а к сверхъестественным силам, которые правят "сим веком", то есть земным миром в данную космическую эпоху. Кроме того, он постоянно использует излюбленные гностические термины "начальства" и "власти" (напр., Еф 6:12) применительно к сверхъестественным силам зла, которым противостоял Иисус и сам Павел. Апостол Павел представлял себе силы зла как силы, обладающие не зависящим от Бога могуществом и противоборствующие Богу, вовлеченному в великую космическую вражду, в которой земными противниками Бога выступали легионы злых сверхъестественных сил. Хотя гностицизм в чистом виде исчез довольно рано, гностический дуализм продолжал оставаться существенным компонентом западной духовности. Гностиком в расширительном смысле можно назвать того, кто обращается мысленным взором к миру невидимых, духовных сущностей и ищет спасения через полученное посредством божественного Откровения знание об истинной сущности человека и о необходимости его избавления от оков порочного мира материи. Так, в Евангелии истины сказано: "Тот, кто знает [[эту истину, или знает себя]], принадлежит к горнему миру. Когда его призывают, он внемлет, он отвечает, он обращается к Богу, призывающему его, чтобы возвратиться к Нему".

ЛИТЕРАТУРА

Христианство. Энциклопедический словарь, тт. 1-3. М., 1993-1995 Карсавин Л.П. Святые отцы и учители Церкви (раскрытие Православия в их творениях). М., 1994 Гностики, или о "лжеименном знании". Киев, 1997 Йонас Г. Гностицизм. СПб, 1998

ГНОСТИЦИЗМ

(от греч. — познающий, знающий, — познание, знание, гносис), первый этап широкого религ.-филос. течения поздней античности и средневековья, т. н. «гностич. религий», включающих Г., манихейство, дуалистич. ср.-век. ереси (павликиане, богомилы, катары и т. д.). Возник в 1 в. н. э. в районе Бл. Востока (Сирии или Самарии) или в Александрии. Во 2 в. стал гл. соперником христианства. Стремился дать обобщающий синтез различных вост. верований (иудаизма, зороастризма, вавилонских и егип. религий), христианства, греч. философии и мистериальных культов. Находка подлинных гностич. сочинений в Наг-Хаммади в1945 вызвала повышенный интерес к проблеме Г.

Внутри Г. можно выделить три осн. течения: «христ. Г.» 1—3 вв., известный по соч. представителей ранне-христ. ересей и произв. из Наг-Хаммади; «языч. Г.» той же эпохи·; мандеизм (от арамейского манда — гносис), оформившийся, по-видимому, во 2—3 вв. и представляющий самостоят. развитие Г. на семитско-вавилон-ской почве; это единственная из гностич. сект, сохранившаяся до наст. времени (в Ираке).

В целом для Г. характерна концепция единого начала, развёртывающегося в серии эманации, и иерархии, строения умопостигаемого мира; наряду с этим иногда предполагается существование мрака-материи, или хаоса (офиты, гностики у Плотина),— элементы дуализма при преобладании монистич. тенденции. Специфичным для Г. является антикосмич. дуализм: мир предельно удалён от бога и есть его антипод. В противоположность иудейско-христ. традиции, гностики помещают между богом? миром серию ипостасей (у Василида, напр., число их доходит до 365), функция которых заключается не в том, чтобы соединить идеальное и материальное (как и неоплатонизме), а, наоборот, разделить их.

Центр. место в учении Г. занимает человек как средоточие мирового процесса. Он, хотя и является тварью тёмных сил мира, по своей субстанции не принадлежит ему. Эта его божеств. субстанция часто принимает форму первочеловека, или антропоса. Душа иноприродна и по сущности своей принадлежит надкосмич. сфере (Василид). Наряду с дуализмом души и тела в Г. существует и трихотомич. разделение человека на «духовное», «душевное» и «телесное».

Концепция знания, гносиса,— ядро Г. В известной формуле гностика Феодота суть гносиса заключается в ответе на след, вопросы: «Кто мы? Кем стали? Где мы? Куда заброшены? Куда стремимся? Как освобождаемся? Что такое рождение и что возрождение?». Познание человеком своего внутр. «Я» делает возможным и познание мира, того, «что есть, что было и что будет». Такое всеобъемлющее знание доступно немногим и дарует человеку спасение. В гносисе человек преодолевает свою двойственность и разорванность, через человека происходит преодоление бытием своей расщеплённости и восстановление распавшейся гармонии.

Социальные умонастроения Г. характеризуются, с одной стороны, тенденцией к своеобразному духовному аристократизму (согласно Василиду идр., гносисом обладают немногие люди), а с другой — Г. выступает как своеобразная метафизич. утопия, провозглашающая братство, равенство и единство людей (соч. Епифания «О справедливости» и др.).

В целом учение Г. предстаёт как одна из форм кризиса рабовладельч. формации и как попытка найти новый мировоззренч. синтез. Оттеснённый на задний план офиц. христ. идеологией, он служил питательной почвой мн. ср.-век. ересей и сыграл значит. роль в генезисе и развитии ср.-век. культуры как на Западе, так и на Востоке.

Фрагменты: Haardt R., Die Gnosis. Wesen und Zeugnisse, Salzburg, 1967.

Трофимова M. К., Историко-филос. вопросы Г., М.,1979; Quispel G., Gnosis als Weltrelig-ion, Z.,1951; J o-nas H., Gnosis und der spatantike Geist, Bd 1—2, Gott., 19522; Wilson R. M. L., The gnostic problem, L.,1958; Yamauchi E. M., Pre-Christian gnosticism, Grand Rapids,1973; Gnosis und Gnostizismus, hrsg. v. K. Rudolph, Darmstadt,1975; Rudolph K., Die Gnosis. Wesen und Geschichte einer spatantiken Religion, Lpz., 1977.

ГНОСТИЦИ́ЗМ -а; м. [от греч. gnōstikos - знающий] Религиозно-философское течение раннего христианства, пытавшееся создать учение о Боге, о происхождении и развитии мира на основе христианских религиозных догматов и восточной мифологии.

◁ Гности́ческий, -ая, -ое. Г-ое мировоззрение.

* * *

(от греч. gnōstikós — знающий), религиозное дуалистическое учение поздней античности (I—V вв.), воспринявшее некоторые моменты христианского вероучения (так называемый иудеохристианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм строго эзотеричен; притязал на «истинное» знание о боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства (III в.). Оказал влияние на средневековые ереси и неортодоксальную мистику нового времени.

* * *

ГНОСТИЦИ́ЗМ (от греч. gnostikos — знающий), религиозное дуалистическое учение поздней античности (1—5 вв.), воспринявшее некоторые моменты христианского вероучения (т. н. иудеохристианский гностицизм), популярной греческой философии и восточных религий. Гностицизм строго эзотеричен; притязал на «истинное» знание о боге и конечных тайнах мироздания. С гностицизмом связано возникновение манихейства(см. МАНИХЕЙСТВО) (3 в.). Оказал влияние на средневековые ереси и неортодоксальную мистику Нового времени.