Бруно

(Bruno)

Джордано Филиппе (1548, Нола, — 17.2.1600, Рим), итальянский философ и поэт, представитель Пантеизма. Преследуемый церковниками за свои взгляды, покинул Италию и жил во Франции, Англии, Германии. По возвращении в Италию (1592) был обвинён в ереси и свободомыслии и после восьмилетнего пребывания в тюрьме сожжён на костре (материалы процесса Б. см. в книге «Вопросы истории религии и атеизма», т. 1, 1950; т. 6, 1958).

В философии Б. идеи Неоплатонизма(в особенности представления о едином начале и мировой душе как движущем принципе Вселенной, приведшие Б. к Гилозоизму) перекрещивались с сильным влиянием воззрений античных материалистов, а также пифагорейцев. Оформлению пантеистической натурфилософии Б., направленной против схоластического аристотелизма, во многом способствовало знакомство Б. с философией Николая Кузанского (у которого Б. почерпнул и идею «отрицательной теологии», исходящей из невозможности положительного определения бога). Опираясь на эти источники, Б. считал целью философии познание не сверхприродного бога, а природы, являющейся «богом в вещах». Развивая гелиоцентрическую теорию Н. Коперника,оказавшую на него огромное влияние, Б. высказывал идеи о бесконечности природы и бесконечном множестве миров Вселенной («О бесконечности, вселенной и мирах», 1584, см. «Диалоги», 1949), утверждал физическую однородность мира (учение о 5 элементах, из которых состоят все тела, — земля, вода, огонь, воздух и эфир). Представление о единой бесконечной простой субстанции, из которой возникает множество вещей, связывалось у Б. с идеей внутреннего родства и совпадения противоположностей («О причине, начале и едином», 1584). В бесконечности, отождествляясь, сливаются прямая и окружность, центр и периферия, форма и материя и т.п. Основной единицей бытия является Монада, в деятельности которой сливаются телесное и духовное, объект и субъект. Высшая субстанция есть «монада монад», или бог; как целое она проявляется во всём единичном — «всё во всём». Эти идеи оказали большое влияние на развитие философии нового времени: идея единой субстанции в её отношении к единичным вещам разрабатывалась Б. Спинозой, идея монады — Г. Лейбницем, идея единства сущего и «совпадения противоположностей» — в диалектике Ф. Шеллинга и Г. Гегеля. Таким образом, философия Б. явилась переходным звеном от средневековых философских систем к философским концепциям нового времени.

В. В. Соколов.

В космологии Б. высказал ряд догадок, опередивших его эпоху и оправданных лишь последующими астрономическими открытиями: о существовании неизвестных в его время планет в пределах нашей Солнечной системы, о вращении Солнца и звёзд вокруг оси («О неизмеримом и неисчислимом», 1591), о том, что во Вселенной существует бесчисленное количество тел, подобных нашему Солнцу, и др. Б. опроверг средневековые представления о противоположности между Землёй и небом и выступал против антропоцентризма, говоря об обитаемости др. миров.

Как поэт Б. принадлежал к противникам классицизма. Собственно художественное произведение Б.: антиклерикальная сатирическая поэма «Ноев ковчег», философские сонеты, комедия «Подсвечник» (1582, русский перевод 1940), в которой Б. порывает с канонами «учёной комедии» и создаёт свободную драматическую форму, позволяющую реалистически изобразить быт и нравы неаполитанской улицы. В этой комедии Б. высмеивает педантизм и суеверие, с едким сарказмом обрушивается на тупой и лицемерный аморализм, который принесла с собой католическая реакция.

Р. И. Хлодовский

.

Соч.: Opera latine..., v. 1—3, Napoli, 1879—91; Opere italiane, 2 ed., t. 1—3, Bari, 1925—27; в рус. пер. — Изгнание торжествующего зверя, [СПб], 1914; О героическом энтузиазме, М., 1953.

Лит.: Антоновский Ю. М., Джордано Бруно, его жизнь и философская деятельность, СПб, 1892; Ольшки Л., История научной литературы на новых языках, т. 3, М.—Л., 1933, с. 3—48; Веселовский А. Н., Джордано Бруно. Биографический очерк, в его кн.: Избр. статьи, Л., 1939; Джордано Бруно, Библиография переводов его сочинений и литературы о нем на русском языке, «Докл. и сообщения филологического института [ЛГУ]", 1949, в. 1; Баев К. Л., Создатели новой астрономии. Коперник. Бруно. Кеплер. Галилей, [2 изд.], М., 1955; Рожицын В. С., Джордано Бруно и инквизиция, М-, 1955; Штекли А., Джордано Бруно, М., 1964; Горфункель А., Джордано Бруно, М., 1965: Де Санктис Ф., История итальянской литературы, т. 2, М., 1964; Боянов С., Философията на Джордано Бруно, София, 1969; Silvestrini V., Bibliografia delle opere di G. Bruno..., Pisa, 1926.

Дж. Ф. Бруно.

bruno

Бруно

БРУНО Джордано (Giordano Bruno, 1548–1600) — знаменитый философ-мыслитель, сожженный на костре в 1600. В истории литературы имела значение его комедия «Il Candelaio» (Светоч), бичующая суеверие, веру в колдовство и т. п., и сатирическая аллегория «Spaccio della Bestia trionfante» (Изгнание торжествующего зверя, русский перевод, 1914).Библиография:

Безант А., Дж. Б., русск. перев., СПБ., 1915 (см. Итальянская литература и Возрождение).

БРУНО

(Вrunо) Джордано Филиппо (1548— 1600) — итальянский мистик, философ и поэт. Монах-доминиканец, бежал из монастыря (1576). Поклонник Каббалы. Создатель религии космоса. Основные работы: ‘О причине, начале и едином’ (1584), ‘О бесконечности, Вселенной и мирах’ (1584), ‘Изгнание торжествующего зверя’ (1584), ‘О героическом энтузиазме’ (1585), ‘Светильник тридцати статуй’ (1587), ‘Сто шестьдесят тезисов против математиков и философов нашего времени’ (1588), ‘Свод метафизических терминов’ (1591), ‘О безмерном и неисчислимых’ (1591), ‘О монаде, числе и фигуре’ (1591), ‘О составлении образов’ (1591) и др. Проповедовал свои идеи в университетах Англии, Германии, Франции, Швейцарии. Приговорен к смертной казни инквизицией за еретический религиозный мессианизм. Сожжен на костре в Риме. Учение Б. — специфический поэтический пантеизм, основанный на новейших достижениях естественнонаучного знания (особенно гелиоцентрической системе Коперника) и фрагментах эпикуреизма, стоицизма и неоплатонизма. Бесконечная вселенная в целом — это Бог — он находится во всем и повсюду, не ‘вне’ и не ‘над’, но в качестве ‘наиприсутствующего’. Универсум движим внутренними силами, это вечная и неизменная субстанция, единственно сущее и живое. Единичные вещи изменчивы и вовлечены в движение вечного духа и жизни в соответствии со своей организацией. Б. неоднократно отождествлял Бога с природой, с ее разнообразными процессами и вещами, с материей (по Б., ‘божественным бытием в вещах’). В целом пантеизм Б., материалистический в ряде своих положений, содержал определенную легитимизацию и реабилитацию материи (того начала, которое, по Б., ‘все производит из собственного лона’) в контексте преодоления схоластической концепции существования множества ‘форм’, не связанных с материей. Согласно Б., элементарные фрагменты сущего, ‘minima’, одновременно относятся к материальному и психическому; свойства микрокосма (как интеллектуальные, так и психические) Б. распространяет на природу в целом. Все бытие таким образом трактуется Б. в рамках парадигм панпсихизма и гилозоизма. (Как отметила один из комментаторов творчества Б. — Ф.А.Йейтс, у него ‘Земля, поскольку она живое существо, движется вокруг солнца египетской магии; вместе с ней движутся по орбитам планеты, живые светила; бессчетное число иных миров, движущихся и живых, подобно огромным животным, населяет бесконечную вселенную’.) ‘Мир одушевлен вместе со всеми его членами’, а душа может рассматриваться как ‘ближайшая формирующая причина, внутренняя сила, свойственная всякой вещи’. Мировая же душа у Б. — носитель такого атрибутивного свойства как ‘всеобщий ум’, универсальный интеллект. Понятие Бога в результате замещается Б. понятием ‘мировая душа’. Согласно Б., земной и небесный миры физически однородны, не возникают и не исчезают, образуя лишь неисчислимое количество разнообразных сочетаний. Бесчисленные солнца со своими населенными (по Б., ‘другие миры так же обитаемы, как и этот’) планетами движутся по собственным орбитам. ‘Вселенная есть целиком центр. Центр Вселенной повсюду и во всем’. (В отличие от Коперника, Б. преодолел постулаты о конечности мироздания, замкнутого сферой ‘неподвижных’ звезд, и о статичном Солнце как центре Вселенной.) Космология Б., пересматривая тезис Аристотеля и схоластов о дуализме земного и небесного, постулировала воду, огонь, землю и воздух в качестве элементов всего мироздания. Допущение Б. о том, что мировая душа с необходимостью порождает не только феномен одушевленности, но также и населенность множества иных миров реально трансформировало категорию ‘Универсума’ в понятие ‘Вселенная’ — вместилище самых различных форм жизни, отличных от земных в том числе. Лучшая процедура служения Богу (‘монаде монад’) — познание законов универсума и законов движения, а также осуществление жизни в соответствии с этим знанием (цель философии у Б. — постижение не трансцендентно-суверенного Бога христианства, а ‘Бога в вещах’). Вера, по Б., ‘требуется для наставления грубых народов, которые должны быть управляемы’, в то время как философские изыскания по поводу ‘истины относительно природы и превосходства творца ее’ предназначены лишь тем, кто ‘способен понять наши рассуждения’. Стремление к пониманию естественного закона, согласно Б., — самый высоконравственный удел. Волю Бога, по мнению Б., необходимо искать в ‘неодолимом и нерушимом законе природы, в благочестии души, хорошо усвоившей этот закон, в сиянии солнца, в красоте вещей, происходящих из лона нашей матери-природы, в ее истинном образе, выраженном телесно в бесчисленных живых существах, которые сияют на безграничном своде единого неба, живут, чувствуют, постигают и восхваляют величайшее единство...’. Важную роль в конституировании новоевропейской культурной парадигмы сыграло и переосмысление Б. куртуазного лирического канона в свете философской традиции, наполнение его радикально новым — гносеологическим — содержанием: идущая от трубадуров идея семантического совпадения ‘небесной любви’ к Донне с восхождением к божественному благу (см. ‘Веселая наука’) трансформируется у Б. в своего рода интеллектуальный героизм любви к мудрости, в рамках которого ‘философия предстает обнаженной перед... ясным разумением’. Мудреца — искателя истины — Б. сравнивает в этом отношении с Актеоном, преследующим богиню ‘в лесах’ (т.е. непознанных сферах, ‘исследуемых самым незначительным числом людей’) и ‘меж вод’ (т.е. в зеркалах подобий, отражений и проявлений истины), но если созерцание божественной наготы обращает Актеона в зверя, неся ему смерть, то для мудреца, созерцающего истину, Б. видит радикально иную перспективу: пророчески предрекая себе ‘смерть, принесенную мыслями’, он, тем не менее, видит в ‘героическом энтузиазме’ познания путь к божественному подъему: ‘...едва лишь мысль взлетает, // Из твари становлюсь я божеством //... // Меня любовь преображает в Бога’. Возвышенный полет любви обретает у Б. характер философского взлета духа, и любовь к мудрости наделяется ореолом интеллектуального эротизма. ‘Героический энтузиазм’ Б. (как он сам обозначил собственное мировосприятие) по значению для истории свободного человеческого Духа не уступает интеллектуальным подвигам самых гениальных мыслителей всех времен. 9 июня 1889 в Риме на площади Цветов — месте его сожжения — в присутствии 6000 делегатов от народов и стран мира был открыт памятник Б.

БРУНО

(Bruno) Джордано Филиппо (1548—1600) — ит. философ и поэт, представитель пантеизма. Преследуемый церковниками за свои взгляды, покинул Италию и жил во Франции, Англии, Германии. По возвращении в Италию (1592) был обвинен в ереси и свободомыслии и после 8-летнего пребывания в тюрьме сожжен на костре.

В философии Б. идеи неоплатонизма (в особенности представления о едином начале и мировой душе как движущем принципе Вселенной, приведшие Б. к гилозоизму) перекрещивались с сильным влиянием ранней греч. философии. Оформлению пантеистической натурфилософии Б., направленной против схоластического аристотелизма, во многом способствовало знакомство Б. с философией Николая Кузанского (у которого Б. почерпнул и идею «отрицательной теологии», исходящей из невозможности положительного определения Бога). Опираясь на эти источники, Б. считал целью философии познание не сверхприродного Бога, а природы, являющейся «Богом в вещах». Развивая гелиоцентрическую теорию Коперника, оказавшую на него огромное влияние, Б. высказывал идеи о бесконечности природы и бесконечном множестве миров Вселенной («О бесконечности, вселенной и мирах», 1584). Представление о единой бесконечной простой субстанции, из которой возникает множество вещей, связывалось у Б. с идеей внутреннего родства и совпадения противоположностей («О причине, начале и едином», 1584). В бесконечности, отождествляясь, сливаются прямая и окружность, центр и периферия, форма и материя, и т.п. Основной единицей бытия является монада, в деятельности которой сливаются телесное и духовное, объект и субъект. Высшая субстанция есть «монада монад», или Бог; как целое она проявляется во всем единичном — «все во всем».

Этика Б. проникнута утверждением «героического энтузиазма», безграничной любви к бесконечному, отличающей подлинных мыслителей, поэтов и героев, возвышающей человека над размеренной повседневностью и уподобляющей его божеству. Идеи Б. оказали большое влияние на развитие философии Нового времени (Б. Спиноза, Г.В. Лейбниц, Ф.В.Й. Шеллинг и др.).

БРУНО (Bruno) Джордано Филиппе (1548-1600) - итальянский естествоиспытатель, натурфилософ и поэт, доминиканский монах, бежал из монастыря (1576). Основные работы: «О причине, начале и едином» (1584), «О бесконечности, Вселенной и мирах» (1584), «Изгнание торжествующего зверя» (1584), «О героическом энтузиазме» (1585), «Светильник тридцати статуй» (1587), «Сто шестьдесят тезисов против математиков и философов нашего времени» (1588), «Свод метафизических терминов» (1591), «О безмерном и неисчислимых» (1591), «О монаде, числе и фигуре» (1591), «О составлении образов» (1591) и др. Проповедовал свои идеи в университетах Англии, Германии, Франции, Швейцарии. Приговорен к смертной казни инквизицией за ересь. Сожжен на костре в Риме. Учение Б. - гениальный поэтический пантеизм, основанный на новейших достижениях естественнонаучного знания (особенно гелиоцентрической системе Коперника) и фрагментах эпикуреизма, стоицизма и неоплатонизма, Бесконечная вселенная в целом - это Бог - он находится во всем и повсюду, не «вне» и не «над», но в качестве «наиприсутствующего». Универсум движим внутренними силами, это вечная и неизменная субстанция, единственно сущее и живое. Единичные вещи изменчивы и вовлечены в движение вечного духа и жизни в соответствии со своей организацией. Б. неоднократно отождествлял Бога с природой, с ее разнообразными процессами и вещами, с материей (по Б., «божественным бытием в вещах»). В целом, пантеизм Б., материалистический в ряде своих положений, содержал определенную легитимизацию и реабилитацию материи (того начала, которое, по Б., «все производит из собственного лона») в контексте преодоления схоластической концепции существования множества «форм», не связанных с материей. Согласно Б., элементарные фрагменты сущего, «minima» (монады) одновременно относятся к материальному и психическому; свойства микрокосма (как интеллектуальные, так и психические) Б. распространяет на природу в целом. Все бытие таким образом трактуется Б. в рамках парадигм панпсихизма и гилозоизма. «Мир одушевлен вместе со всеми его членами», а душа может рассматриваться как «ближайшая формирующая причина, внутренняя сила, свойственная всякой вещи». Мировая же душа у Б. - носитель такого атрибутивного свойства как «всеобщий ум», универсальный интеллект. Понятие Бога в результате замещается Б. понятием «мировая душа». Согласно Б., земной и небесный миры физически однородны, не возникают и не исчезают, образуя лишь неисчислимое количество разнообразных сочетаний. Бесчисленные солнца со своими населенными (по Б., «другие миры так же обитаемы, как и этот») планетами движутся по собственным орбитам. «Вселенная есть целиком центр. Центр Вселенной повсюду и во всем». (В отличие от Коперника, Б. преодолел постулаты о конечности мироздания, замкнутого сферой «неподвижных» звезд, и о статичном Солнце как центре Вселенной). Космология Б., пересматривая тезис Аристотеля и схоластов о дуализме земного и небесного, постулировала воду, огонь, землю и воздух в качестве элементов всего мироздания. Допущение Б. о том, что мировая душа с необходимостью порождает не только феномен одушевленности, но также и населенность множества иных миров реально трансформировало категорию «Универсума» в понятие «Вселенная» - вместилище самых различных форм жизни, отличных от земных в том числе. Лучшая процедура служения Богу (»монаде монад») - познание законов универсума и законов движения, а также осуществление жизни в соответствии с этим знанием (цель философии у Б. - постижение не трансцендентно-суверенного Бога христианства, а «Бога в вещах»). Вера, по В., «требуется для наставления грубых народов, которые должны быть управляемы», в то время как философские изыскания по поводу «истины относительно природы и превосходства творца ее» предназначены лишь тем, кто «способен понять наши рассуждения». Стремление к пониманию естественного закона, согласно Б., - самый высоконравственный удел. Волю Бога, по мнению Б., необходимо искать в «неодолимом и нерушимом законе природы, в благочестии души, хорошо усвоившей этот закон, в сиянии солнца, в красоте вещей, происходящих из лона нашей матери-природы, в ее истинном образе, выраженном телесно в бесчисленных живых существах, которые сияют на безграничном своде единого неба, живут, чувствуют, постигают и восхваляют величайшее единство...». Важную роль в кон-ституировании новоевропейской культурной парадигмы сыграло и переосмысление Б. куртуазного лирического канона в свете философской традиции, наполнение его радикально новым - гносеологическим - содержанием: идущая от трубадуров идея семантического совпадения «небесной любви» к Донне с восхождением к божественному благу трансформируется у Б. в своего рода интеллектуальный героизм любви к мудрости, в рамках которого «философия предстает обнаженной перед... ясным разумением». Мудреца - искателя истины - Б. сравнивает в этом отношении с Актеоном, преследующим богиню «в лесах» (т.е. непознанных сферах, «исследуемых самым незначительным числом людей») и «меж вод» (т.е. в зеркалах подобий, отражений и проявлений истины), - но если созерцание божественной наготы обращает Актеона в зверя, неся ему смерть, то для мудреца, созерцающего истину, Б. видит радикально иную перспективу: пророчески предрекая себе «смерть, принесенную мыслями», он, тем не менее, видит в «героическом энтузиазме» познания путь к божественному подъему, «...едва лишь мысль взлетает, // Из твари становлюсь я божеством //... // Меня любовь преображает в Бога». Возвышенный полет любви обретает у Б. характер философского взлета духа, и любовь к мудрости наделяется ореолом интеллектуального эротизма. «Героический энтузиазм» Б. (как он сам обозначил собственное мировосприятие) по значению для истории свободного человеческого Духа не уступает интеллектуальным подвигам самых гениальных мыслителей всех времен. 9 июня 1889 в Риме на площади Цветов - месте сожжения Б. - в присутствии 6000 делегатов от народов и стран мира был открыт памятник Б.

(Bruno), Джордано (Филиппо) (1548 - 17.II.1600) - итал. мыслитель, борец против схоластики и католич. церкви, страстный пропагандист материалистич. мировоззрения (в форме пантеизма). Род. в местечке Нола, близ Неаполя. В 1566-75 обучался в монастырской школе доминиканского ордена, получил сан священника и степень доктора философии. Обвиненный в ереси, бежал сначала в Рим и Сев. Италию, а затем - за Альпы. В 1579-92 жил в Женеве, Тулузе, Париже, Оксфорде, Виттенберге, Праге, Франкфурте. В лекциях и на диспутах выступал против господствовавшей аристотелевско-схоластич. системы и отстаивал свое учение. Бурный темперамент, смелый и резкий характер Б. проявились также в его язвит. нападках на схоластиков и церковников. По возвращении в Италию был арестован (1592, Венеция) и в течение 8 лет томился в застенках венецианской, а затем рим. инквизиции. Судя по протоколам процесса (см. "Джордано Бруно и инквизиция. Протоколы процесса Джордано Бруно в венецианской инквизиции", в кн.: Вопросы истории религии и атеизма, т. 1, 1950, а также "Джордано Бруно перед судом инквизиции". (Краткое изложение следственного дела Джордано Бруно), там же, т. 6, 1958), Б. разделял взгляды антитринитариев. Он неоднократно высказывался также против церк. собственности и один раз за ее секуляризацию. Обвиненный в ереси и свободомыслии, Б. после нескольких дней слабости и колебаний, вызванных, быть может, надеждой вырваться из рук инквизиции, смело защищался, не отступая от высказанных им идей. Когда был оглашен приговор - мучительная казнь на костре, Б. заявил инквизиторам: "Вероятно, вы с большим страхом произносите приговор, чем я выслушиваю его". Казнь была совершена 17 февр. в Риме на Площади цветов (Campo di Fiori).

Мировоззрение Б. сложилось под влиянием неоплатоников, антич. материалистов: Эмпедокла, Анаксагора, Демокрита, Эпикура, Лукреция, материалистически истолкованного Парменида, пифагорейцев, а также Николая Кузанского и Николая Коперника. Больше, чем все другие натурфилософы эпохи, Б. отождествлял бога и природу, являющуюся, по его убеждению, "богом в вещах" ("Изгнание торжествующего зверя"). Природу он понимал как единый организм, одушевленный мировой душой, а все вещи - как в той или иной форме обладающие жизнью (гилозоизм). Материю, или, точнее, субстанцию, постигаемую не чувствами, а только умом и даже интуицией и отождествляемую с богом, он рассматривал как единственно активное начало, лежащее в основе всех без исключения природных процессов, включая человека. Резко выступая против характерного для схоластич. мировоззрения противопоставления бесконечного бога конечному, созданному им миру, Б. вслед за Николаем Кузанским и еще более решительно, чем он, растворял бесконечного бога в природе и приходил тем самым к выводу о бесконечности последней. Исходя из этого, Б. освободил гелиоцентрич. теорию Коперника от пережитков схоластич. космологии. Он возродил древнюю идею о бесконечности Вселенной и бесчисленности составляющих ее миров: звезды - Солнца далеких миров, имеют своих спутников, к-рых мы не видим вследствие их колоссальной удаленности от нас (подтверждено астрономией последних десятилетий); др. миры тоже населены. Имя Б. пользуется исключит. популярностью как в самой Италии, так и за ее пределами.

Соч.: Opera latine conscripta publicis sumptibus edita, t. 1-3, Napoli - Firenze, 1889-91; Opere italiane, 2 ed., t. 1-3, Bari, 1925-27; в рус. пер. - О причине, начале и едином, в его кн.: Диалоги, М., 1949, с. 163-293; О бесконечности, вселенной и мирах, там же, с. 295-448.

Лит.: Рожицын В. С., Джордано Бруно и инквизиция, М., 1955; Badaloni N., La filosofia di G. Bruno, Firenze, 1955.

В. В. Соколов. Москва.