Мефистофель

(Mephistophěles, Mephisto) — взятое из народных сказаний название дьявола или злого, всеотрицающего начала. Старые формы этого имени неустойчивы. Шекспир в "Виндзорских кумушках" говорит о Mephostophilus, а Марло в "Фаусте" — о Mephistophilis. Форма Mephostophilus или Mephostophiles напоминает греческое mephostophiles, "не любящий света"; форма же Mephistophiles может быть производима от латинского mephitis и греческого philos (в сложности — "любящий адский серный запах"). По толкованию профессора Slydel'я, слово М. получилось от слияния двух еврейских причастий: mephiz (разрушитель) и tophel (лжец). M. y Гёте не имеет ничего или почти ничего общего с дьяволом народных сказаний. В особенности в так называемом "Первоначальном Фаусте" (Urfaust) и в "Отрывках Фауста" (Faust-Fragment) 1790 г. М. является совершенно индивидуальной личностью, которая лишь настолько удерживает черты средневекового народного дьявола, насколько это совместно с человечески возможной индивидуальностью: М. постоянно думает о грубой действительности и с цинической иронией относится к Фаусту, с его порывами к небу и излияниями. Только в более позднем продолжении и в переработке первого юношеского очерка дерзко юмористическая личность М. сделалась метафизически глубже; только здесь он является как "ein Teil von jener Kraft, die stets das Böse will und stets das Gute schafft", как "der Geist, der stets verneint" или, говоря словами русского поэта, как "дух отрицанья и сомненья", который все в мире ненавидит и презирает.

(Mephistopheles, Mephostophilis, Mephistophilus, возможно, греческого происхождения — «ненавидящий свет», от me — не, phos — свет и phílos — любящий; по др. версии, древнеевр. происхождения — от мефиц — разрушитель и тофель — лжец)

наименование одного из духов зла, демона, чёрта, беса, дьявола, чаще всего, по преданию, падшего ангела, сатаны. Фольклор и художественная литература разных стран и народов нередко использовали мотив заключения союза между демоном — духом зла и человеком. Иногда поэтов привлекала история «падения», «изгнания из рая» библейского сатаны, иногда — его бунт против бога (Дж. Мильтон, Дж. Г. Байрон, М. Ю. Лермонтов). Бытовали и фарсы, близкие фольклорным источникам, дьяволу в них отводилось место озорника, весёлого обманщика, часто попадавшего впросак. В философской трагедии И. В. Гёте, переосмыслившего мотивы немецкой народной легенды, М. — искуситель и антагонист Фауста. К образу М. обращался А. С. Пушкин. М. — чёрт у Ф. М. Достоевского («Братья Карамазовы») и Т. Манна («Доктор Фаустус») — воплощение морального нигилизма. М. — Воланд и его свита М. Булгакова («Мастер и Маргарита») — гротескные духи зла, обличители, наказывающие пороки. Образ М. вдохновлял художников (Э. Делакруа, М. Врубель), композиторов (Ш. Гуно, Г. Берлиоз, Ф. Лист, А. Г. Рубинштейн).

Лит.: Легенда о докторе Фаусте. Изд. подготовил В. М. Жирмунский, М.—Л., 1958; Лакшин В., Роман М. Булгакова «Мастер и Маргарита», «Новый мир», 1968, № 6; Milner М., Le diable dans la littérature française, t. 1—2, P., 1960; Kretzenbacher L., Teufelsbündner und Faustgestalten im Abendlande, Klagenfurt, 1968.

М. А. Гольдман.

(иноск.) — злой насмешник

Мефистофельский хохот (иноск.) — злорадный

Ср. Экономическая политика Европы должна... разбить золотого тельца, вокруг которого совершается... бешеная оргия под аккомпанемент мефистофельского хохота...

В. Быстренин. Грядущая опасность. („Новости" 23-го июля 1902.)

Ср. "Что/ он Гекубе, что она ему?" — раздается сзади шепот Корепанова, к сожалению, разыгрывающего неприятную роль какого-то губернского Мефистофеля.

Салтыков. Невинные рассказы. 7.

Ср. Mephitis — вонь от серных испарений земли (?).

Ср. Mephisto.

Göthe. Faust.

Это имя напоминает имя библейского хромого сына Ионафана — "Мемфивосфей".

Ср. 2 Царств. 4, 4.

Ср. Mephascheth — ofel = распространяющий мрак; выражение еврейское, подслушанное автором "Фауста" у франкфуртских евреев и позаимствованное им для названия злого духа.

См. аккомпанировать.

См. гекуба.

См. золотой телец.

См. оргия.

м.

1.

Дьявол, выступающий в образе злого духа (в художественной литературе и в фольклоре народов Европы).

2.

Употребляется как поэтический символ отрицания нравственных устоев и доброго начала в человеке.

МЕФИСТОФЕЛЬ (Мефисто) (нем. Mephistopheles) - дьявол, образ злого духа в фольклоре и художественном творчестве народов Европы; литературный персонаж немецкой народной книги "Повесть о докторе Фаусте..." (опубликована 1587), философской драмы "Фауст" И. В. Гете и др. произведений; спутник и искуситель Фауста, предлагающий ему власть, знания, земные блага в обмен на душу.

МЕФИСТОФЕЛЬ, один из вечных образов; в фольклоре и художественном творчестве народов Европы искуситель - несущий раздор и хаос дьявол, сатана или "бескорыстный" злой дух, испытывающий меру божественного могущества и нравственно-религиозную стойкость человека (сравни Демон в одноименной поэме М.Ю. Лермонтова). Всемирно известен образ Мефистофеля в "Фаусте" И.В. Гете, искушающий Фауста властью, возможностью безграничного познания, земными благами в обмен на душу.

МЕФИСТО́ФЕЛЬ -я; м. [нем. Mephistopheles] В мифологии народов Западной Европы: злой дух, дьявол. ● По имени литературного персонажа из немецкой народной книги "История о докторе Фаусте" (около 1587), трагедии "Фауст" И. Гёте (1831) и др.

* * *

(нем. Mephistopheles) (Мефисто), дьявол, образ злого духа в фольклоре и художественном творчестве народов Европы; литературный персонаж немецкой народной книги «Повесть о докторе Фаусте...» (опубликовано в 1587), «Фауста» И. В. Гёте и других произведений; спутник и искуситель Фауста, предлагающий ему власть, знания, земные блага в обмен на душу.

* * *

МЕФИСТО́ФЕЛЬ (Мефисто) (нем. Mephistopheles), дьявол(см. ДЬЯВОЛ), образ злого духа в фольклоре и художественном творчестве народов Европы; литературный персонаж немецкой народной книги «Повесть о докторе Фаусте...» (опубликована 1587), философской драмы «Фауст» И. В. Гете(см. ГЕТЕ Иоганн Вольфганг) и др. произведений; спутник и искуситель Фауста(см. ФАУСТ), предлагающий ему власть, знания, земные блага в обмен на душу.

МЕФИСТОФЕЛЬ (нем. Mephistopheles) - центральный персонаж трагедии И.-В.Гете «Фауст» (часть первая - 1806, вторая завершена в 1831). М. Гете мало похож на дьявола народных легенд и тех кукольных представлений о докторе Фаусте, которые часто показывали в Германии на ярмарках. В «Прологе на небесах» Бог аттестует М. как «плута и весельчака»: «Из духов отрицанья ты всех мене бывал мне в тягость». Сущность М. проявляется в отношении к людям, он не верит в их божественное подобие, считая, что человек слаб и испорчен, без вмешательства дьявольских сил творит зло и даже лучшие из людей подвержены порче. Поэтому М. соглашается на эксперимент с Фаустом, лучшим из людей, и не боится проиграть спор с Богом: «Посмотрим. Вот моя рука, и скоро будем мы в расчете. Вы торжество мое поймете, когда он, ползая в помете, жрать будет прах от башмака». Встретившись с Фаустом, М. заключает с ним договор, соблазняя его благами жизни и безграничными возможностями. Гетевский дьявол - философ и интеллектуал, он знает людей, их слабости, его язвительные замечания в адрес человеческого рода говорят о его проницательности. Этому персонажу автор трагедии доверил многие свои мысли, хотя Гете, разумеется, нельзя отождествлять ни с Фаустом, ни с М.

В истории Фауста и Маргариты М. играет зловещую роль, доводит девушку до гибели. Во второй части фигура М. менее заметна. В одном из эпизодов он выступает в облике уродливой Форкиады, в сцене с Еленой Прекрасной вообще отсутствует, ибо, по его собственным словам, «не вхож в языческий мир». В финале трагедии, когда Фауст обрел цель в жизни, М. опять чинит препятствия: устраивает пиратские вылазки на море, поджигает дом стариков Филемона и Бавкиды. М. уверен, что Фауст, признавший, что дожил до «прекрасного мгновения», в его руках. Однако душу Фауста ангелы уносят на небо, а М. признается, что проиграл: «Прожженный старый черт с такой закалкой сыграл к концу такого дурака!»

Образ М. в исследованиях, посвященных трагедии, часто оценивался как второе «я» Фауста, как телесное воплощение его подсознания. На немецкой сцене образ М. всегда удавался актерам лучше, чем образ Фауста: протагонисты немецкой сцены на протяжении двух веков всегда исполняют роль М. Так повелось, начиная с актера-романтика Людвига Девриента (1827), традицию которого продолжил выдающийся немецкий актер Карл Зейдельман (1837). Лучшим М. в истории мирового театра стал Густав Грюндгенс, создавший образ дьявола-аристократа вселенского масштаба (1933).

Лит.: Манн К. Мефистофель. М., 1970; Аникст А.А. Творческий путь Гете. М., 1986; Макарова Г.В. От Гамлета до Мефистофеля

//На грани тысячелетий. М., 1995.

Г.В.Макарова

Образ гетевского М. был воплощен в музыкальной драматургии - в оратории Г.Берлиоза «Осуждение Фауста» (1846), операх Ш.Гуно»Фауст» (1853) и А.Бойто «Мефистофель» (1868).

В драматической легенде Берлиоза сюжет Гете переосмыслен в духе романтических воззрений: М. получает власть над душой Фауста и ввергает его в преисподнюю. Благодаря гениальному эксперименту (слиянию элементов программной симфонии и оперно-ораториаль-ного жанра) образ М. очерчен размашисто, чрезвычайно смелыми интонационно-гармоническими красками и приемами звукописи, которые пробуждают воображение и достигают театрального эффекта без использования сцены как таковой. Образ М. в своей симфо-Ъической «наглядности» наименее материален, неуловим, призрачен.

В «мраморно-статуарной» опере Гуно - лирической драме о Фаусте и Маргарите - отсутствует многогранность гетевского М. - воплощения воинствующего критицизма породившей его эпохи. М. - антитеза лирическим героям, типичное для романтических опер олицетворение сверхъестественных сил, дьявол «наивной и благоуханной» народной фантазии. Основное содержание М. - софистика, менторство, сочетание галантности и злой иронии, сарказма и скептической пародии на искренние порывы юных душ. Предусмотрительный и изворотливый, «вполне человек», М. творит зло будто по обязанности. И только Ф.И.Шаляпин, после многолетней работы над этим образом, выводит М. из-под власти музыки «засахаренного» Гуно, напоминая о его пугающем предназначении.

М., вызванный воображением Бойто, по философскому содержанию наиболее близок к замыслу Гете. Во владение М., «блаженному детищу Хаоса», отданы земля и небо. М. - стихия, повелитель страстей, по собственной прихоти взявшийся служить человеку; не частица силы, но сама сила, которая, «стремясь ко злу, творит одно добро». Партия М. таит широкий диапазон перевоплощений: от монаха, скользящего серой тенью, до мрачно-величественного, вечного, как мироздание, владыки тьмы. Впервые всевластный инфернальный дух, «рафинированное зло» нашел конгениальное воплощение в искусстве Ф.И.Шаляпина, о котором композитор сказал: «Я никогда не думал, что так можно исполнять моего Мефистофеля».

И.И.Силантьева