Американское общество в начале 50-х годов было взволновано поступком одного провинциального доктора. Уколом шприца, из чувства жалости, доктор Сандерс прекратил жизнь своей безнадежно больной пациентки.

Нашлись защитники его поступка; они не хотели учитывать возможности логического развития в мире такой неограниченной - и желающей быть непогрешимой - человеческой жалости. Идея милосердия, и тем более его чувство, представляются некоторым людям чем-то стоящим выше всех законов Божиих и человеческих. Но истина в том, что все - и милосердие тоже - следует понимать в истинном духе и разуме. Если сегодня мы узаконим искусственное лишение жизни "безнадежно больных" хотя бы за час до их предполагаемого последнего вздоха, то завтра такое человеколюбие пришло бы к выводу о необходимости искусственно кончать жизнь больных за неделю до их возможной смерти. Далее - за месяц, за год, за 10 лет, за 25 лет...

Если люди вступят на путь оправдания и легализации медицинских убийств из чувства гуманности, они легко перейдут от него к чувству целесообразности такого "милосердия", и с этим чувством легко дойдут до умерщвления своих ближних в самых широких, тоталитарных масштабах. Идея экономической целесообразности, расовой чистоты, классовой политики, и тому подобные идеи, как идолы, будут требовать себе человеческих жертв. А уж в определении дефективности живого существа, не будет границ горделивому (даже в своей жалости), человеческому утилитаризму, владеющему всеми техническими достижениями цивилизации... Это и многое другое вы найдете в книге О тайне человеческой жизни (Архиепископ Иоанн (Шаховской))